Кладбища во все времена притягивают и отталкивают человека своей загадочной скорбной красотой. Жители сел и маленьких городов постоянно посещают своих усопших родственников. В мегаполисах же чаще проходят мимо, порой даже не зная, что находится за высокой оградой. Это касается и одного из самых старых и знаменитых кладбищ Украины – Байкового.

Кладбище-мемориал расположено почти в центре Киева, на Байковой. Названо оно по фамилии генерала С. В. Байкова, участника Отечественной войны 1812 года и русско-турецкой войны 1828-1829 годов, купившего после выхода в отставку за рекой Лыбедь хутор, который стали называть по фамилии владельца — «хутор Байкова».

Площадь Байкового составляет 72,47 га. Кладбище разделено улицей Байковой на две неравные части. Южная, малая часть — Старое Байковое кладбище, северная, большая часть — Новое Байковое кладбище, хоронить на котором начали с 80-х годов XIX века. Новое кладбище ограждено каменной стеной, входные ворота которой стилизованы под церковь, костел и кирху. В 1884 году на его территории построили каменную Вознесенскую церковь.

На территории Байкового кладбища находится около двадцати старых склепов разнообразной архитектуры. С 1975 года за кладбищем действует крематорий, спроектированный архитектором Милецким, а с 1983 года существует колумбарий.

На Байковом покоятся великие украинцы: Леся Украинка, Мария Заньковецкая, Михаил Грушевский, Леонид Быков, Вячеслав Чорновил, Николай Амосов и многие другие. Также на нем похоронен известный американский историк, исследователь Голодомора Джеймс Мейс.

Могила Джеймса Мейса

Могила Вячеслава Чорновила, эксгумация тела которого проводилась совсем недавно

ForUm решил рассказать украинцам, какое оно сегодня, Байковое кладбище. Но из краеведческого материала получился проблемный… Дело в том, что наших журналистов с кладбища «удалили», потребовав разрешения на фотосъемку, сославшись на Закон о защите персональных данных покойных… Аргумент, что кладбище не режимный объект, а публичное место, и согласно закону запрещено препятствовать работе журналистов, не сработал.

Как это было

Ничего не тая, корреспондентская группа ForUm’а

(журналист и фотограф) отправилась на Байковое. Ничто не предвещало проблем: кладбище – музей, а не спецобъект. Но не успели журналисты зайти на территорию, как к ним подошли охранники:

«Что вы собираетесь снимать?!» – резким тоном «поздоровались» они. Увидев, что группа не остановилась,о ее прибытии побежали докладывать начальству кладбища.

Дальше все происходящее напоминало спецоперацию по удалению незаконно проникнувших диверсантов, которых выследили в тот момент, когда фотокор снимал кошку на могиле балерины:

«Кто вам давал разрешение снимать?! Следуйте за нами или мы милицию вызовем», – громко предупредили они. Пришлось убегать: кошка испугалась такого тона разговора и ушла восвояси. Люди же остались, и попытались объяснить цель визита.

Охранники сказали, что журналистам нужно пройти с ними к заведующему Байковым кладбищем Андрею Юхимчуку. Там обе стороны попытались доказать свою правоту, но администрация кладбища настаивала: снимать без спецразрешения категорически воспрещается, разрешительный документ выдают в Киевской мэрии.

В поисках истины

В тот день мы ушли. Но журналист не был бы таковым, если бы трудности его пугали, а не раззадоривали. Мы решили пройти все круги ада: оттправили запросы в пресс-службу КГГА, в управление ритуальных услуг, откуда его передали в специализированное КП «Специализированный комбинат предприятий коммунально-бытового обслуживания». Чтобы ускорить разрешительный процесс, мы отправили информационный запрос еще и городскому депутату – главе комиссии Киевсовета по вопросам культуры и туризма Александру Бригинцу с просьбой помочь получить разрешение на фотосъемку на Байковом кладбище, а также попытались собрать разрешающие расписки с родственников покоящихся на Байковом людей.

Однако даже заступничество городского депутата не повлияло на решение КП «Спецкомбинат». Через неделю от них пришел письменный ответ, в котором они потребовали детальный план будущей статьи и фотосъемки. Более того, просили всю эту информацию переслать им по почте заказным письмом.


Следуя просьбе предоставить план статьи и фотосъемки «с разрешением пользователя места захоронения», мы получили расписки народного депутата Тараса Чорновила и вдовы ученого Джеймса Мейса Натальи, в которых они не возражают против того, чтобы мы фотографировали могилы их родных.


Что знающие люди говорят

Тарас Чорновил, народный депутат Украины («Реформы ради будущего»), сын покойного Вячеслава Масимовича, узнав, что ForUm

«попросили» с Байкового, был, мягко говоря, удивлен:

«Как? На Байковом нельзя снимать? Да вы что? Это наверняка атавизмы от Черновецкого, который хотел зарабатывать на всем, и даже платный вход предлагал… Глупо это», – сказал он.

По просьбе ForUm’а Тарас Вячеславович написал нам расписку о том, что не возражает против фото-, видеосъемки могилы его отца…


Ситуацию на кладбище ForUm’у

также прокомментировала первый заместитель председателя Комитета ВР по вопросам свободы слова и информации, нардеп от ПР Елена Бондаренко:

«Тут они (администрация Байкового. – Авт.) правы в одном и неправы в другом. Неправы в том, что запретили в публичном месте производить журналистскую работу, и абсолютно правы в части персональных данных».

«Имя, фамилия, отчество, дата рождения и смерти –это те данные, которые защищены законом. Поэтому они, наверное, с перепугу решили перевыполнить план, не зная, каким образом обезопасить персональные данные, которые значатся на памятниках, от пристального журналистского глаза. Здесь в любом случае нужно было разбираться на месте, и ни у кого не отсох бы язык, если бы в диалоге был найден компромисс. Все зависит от уровня культуры и понимания одной из сторон журналистской работы», – пояснила законодатель.

А вот известный украинский правозащитник, глава общественного совета при МВД Эдуард Багиров посоветовал ForUm’у и всем журналистам, столкнувшись с проблемой такого рода, сразу же вызывать милицию и напомнил, что есть приказ, обязывающий правоохранителей докладывать по каждому такому факту сразу же напрямую министру внутренних дел. На вызов должен приехать не просто наряд милиции, а начальник райотдела.

«У нас очень часто манипулируют законодательством. Любые действия должны быть основаны на требованиях закона и нормативно-правовых актов, в которых четко написано: представители СМИ не допускаются на территорию кладбища без специального разрешения. Но на моей памяти не было инструкций, запретов городских властей выполнять свою работу по сбору информации, в частности на кладбище. В данном случая я вижу признаки превышения своих полномочий администрацией. Вам нужно написать жалобы на действия администрации Александру Попову в КГГА и прокурору города Киева».

«Еще одно! Если есть некие ограничения по видео-, фотосъемке – должна быть соответствующая информация на видном месте (!). Это должно быть указано на информационном стенде о правах и обязанностях граждан, посещающих кладбище. Там должна быть не просто надпись «нельзя», а отксеренная копия закона, нормативно-правового акта, приказа и т.п. Если этого всего нет – до свидания».

«К сожалению, каждый маленький начальник-«пипетка» считает себя «большой клизмой», попирая нормы законов. Если же есть такой документ, нужно предложить органу, выдавшему такой запрет, отменить его добровольно. Если нет – обращаться в суд. У нас много разных «документов», явно противоречащих нормам закона. То есть де-факто бумажка есть, а де-юре она вне закона».

«Я понимаю, что каждое кладбище –это определенная налаженная система, с определенными условиями. Иногда они противоречат нормам закона и Уголовного кодекса Украины… Возможно, территория содержитсяне должным образом, например, кучи мусора и листьев не убраны. Должно быть, они побоялись, что вы эту информацию обнародуете, и у них возникнут проблемы. Но думаю, что проверка, которая будет проведена КГГА и прокуратурой расставит все точки над «і».

Репортаж с Байкового. Вторая серия.

Но когда, опять вернувшись на кладбище, мы предъявили бумаги Андрею Юхимчуку, случилось дежавю: нас снова отправили в мэрию:

«Молодой человек, вы журналист? Вы руководствуетесь в своей деятельности каким законом?» – спросили корреспондента ForUm’а.

«Статьями 2, 17, 26», – ответил я. На что он заявил: «Ну а мы тоже руководствуемся в своей деятельности не желаниями, а буквой закона. И есть седьмая статья закона Украины о захоронении и похоронном деле. Там сказано, что аудио-, видеосъемка места захоронения является конфиденциальной информацией. Для того чтобы мы имели возможность разрешить вам осуществлять вашу деятельность, мы должны иметь разрешение вышестоящего руководства. Поэтому вам нужно обратиться в пресс-службу КГГА, там вашу просьбу передадут в управление ритуальных услуг и «спецкомбинат». Они рассмотрят и дадут или не дадутразрешение. Это не наша выдумка».

Конечно, мы не юристы. Может быть и так. Но! Изучив этот закон, мы не нашли там такого запрета. Статья 7 гласит: «Гарантії конфіденційності інформації про померлого. Держава гарантує конфіденційність інформації про померлого. Надання такої інформації здійснюється відповідно до Закону України «Про інформацію» (2657-12)».

Но вернемся к разговору с администрацией. Когда же Юхимчуку были предъявлены оригиналы расписок, предоставленные ForUm’у Тарасом Чорновилом и Натальей Дзюбенко-Мейс, чиновник сказал: «Депутаты на таких клочках бумаги не пишут»… И даже телефонная беседа с Натальей Мейс его не убедила. «Откуда я знаю, что там сидит не твоя мама?» – контраргументировал Юхимчук.

P.S.

Хотя в Украине нет закона, запрещающего фотографировать в общественных местах, получается, лучше перебдеть, чем недобдеть… Если руководствоваться «защитой персональных данных», из учебников нужно срочно убрать все биографии, и нечего детей мучить! «Родился-учился-женился-умер» – тайна это!

( Фото Владимира Синдеева и Виктора Ковальчука )

ForUm

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

зима
1299 грн.
23484