Становится ли коронавирус «добрее» к нам со временем? Как быстро он эволюционирует и чем это грозит нам? Что мы знаем об иммунитете к SARS-CoV-2 и как протекает повторное заболевание COVID-19? Эти и другие вопросы мы обсудили с врачом-инфекционистом, кандидатом медицинских наук Юрием Жигаревым.

Мы знаем, что любой вирус мутирует, то есть его геном впоследствии трансформируется, и поэтому могут изменяться характеристики вируса. Как сильно и быстро мутирует SARS-CoV-2, если сравнивать его с другими известными человеку болезнетворными вирусами?

Он тоже мутирует — это то, что можно сказать точно. Еще в марте, если мне не изменяет память, было напечатано исследование о выявленных изолятах (разновидностях — ред.) этого вируса, которые уже имели различия в разных странах.

Есть даже определенные свидетельства врачей о том, что эти варианты вируса могут по-разному проявлять себя клинически. Мои украинские коллеги говорят, что есть, например, «российский» вариант вируса, и в то же время существует совсем другой, который пришел из Польши.

Также они считают, что во Львове особая ситуация, поскольку именно там после объявления в Европе локдауна на какое-то время собрались украинцы из разных стран. Поэтому в городе образовался некий «коктейль» из «польского» вируса, «чешского» и так далее. Конечно, это не научные исследования, которым нужно обязательно доверять, но это наблюдения, которые дают нам определенную информацию для размышлений.

К тому же следует помнить, что SARS-CoV-2 относится к РНК-вирусам (генетическая информация записана в молекуле РНК, а не ДНК, как у многих других вирусов и всех других живых организмов — ред.). А мы знаем, что РНК-вирусы быстрее мутируют, потому что синтез РНК больше склонен к ошибкам, чем синтез ДНК.

Это, кстати, замечают и в вирусе гриппа, потому что он тоже принадлежит к этой группе. На его примере мы видим, что есть процесс дрейфа — когда немного меняются гены, поэтому каждый год мы имеем новый штамм вируса гриппа, который отличается от предыдущего. А есть процессы шифта — когда вдруг вирус меняется значительно сильнее, в результате чего мы имеем пандемический грипп. В ситуации с SARS-CoV-2 также нельзя исключить, что в какой-то момент появится новый вариант вируса, который может спровоцировать серьезные последствия для здоровья человека.

Определяет ли кто-то в Украине, какой именно штамм этого вируса вызвал болезнь у того или иного инфицированного?

Увы, но нет. Вы знаете, что наши лаборатории перегружены, поэтому они не успевают делать даже ПЦР-тесты, чтобы просто подтвердить, болен человек коронавирусом или нет. А исследования, о которых вы спрашиваете, достаточно сложны в ситуации, когда не хватает медперсонала, коек, кислорода и тому подобное. Поэтому в нынешних условиях даже говорить о них неуместно.

Когда менее года назад мы познакомились с новым коронавирусом, было много разговоров о том, что впоследствии болезнетворные микроорганизмы могут становиться «добрее» к людям. Хотя высказывали и противоположные мнения. Можно ли, учитывая наш опыт, сегодня говорить, что с коронавирусом такие изменения происходят?

Есть много различных теорий, одна из них действительно говорит о том, что с точки зрения эволюции любому микробу выгодно быть нелетальным. Потому что если человек заболел и быстро умер еще до того, как успел передать вирус другим людям, то для вируса это тупик. Ему выгодно, чтобы нам было плохо — но не настолько, чтобы мы все время лежали в постели и не общались с другими людьми или вообще умерли.

Хорошая иллюстрация этого правила — риновирус. Он вызывает насморк, но в то же время общее состояние человека может практически не изменяться. Поэтому он продолжает ходить на работу, со всеми общаться и распространять вирус через чихание.

Мы знаем, что некоторые возбудители болезней на протяжении человеческой истории действительно становились слабее. В средневековье холера была такой страшной инфекцией, что истребляла целые города. А сейчас во многих случаях она протекает как обычная кишечная инфекция — вы можете даже не догадаться, что это холера. И это не единственный пример.

Но когда мы говорим о SARS-CoV-2, на этот вопрос сложно ответить, потому что очень мало времени мы с ним имеем дело и еще плохо знаем. Его трудно сравнивать с другими инфекционными болезнями, которыми человечество страдает сотни или даже тысячи лет. А когда мы пытаемся как-то прогнозировать его поведение, то очень часто он не оправдывает наших ожиданий.

Как долго сохраняется иммунитет после того, как человек переболел?

Известно, что этот вирус, скорее всего, не оставляет пожизненного иммунитета. То есть человек может заболеть повторно — такие случаи действительно есть. Но на другие инфекционные болезни, например корь, человек также может болеть во второй раз.

Как долго на практике будет действовать иммунитет против этого коронавируса — мы пока не можем сказать точно. Узнаем об этом позже. Сейчас можно сказать, что большинство имеет защиту по крайней мере на несколько месяцев. Есть люди, которые переболели в мае и июне и до сих пор не заразились повторно — даже несмотря на то, что после выздоровления они контактировали с больными.

Если у человека повторно диагностируют COVID-19, то заболевание протекает легче?

Необязательно. Для некоторых инфекционных болезней характерно явление, когда второй раз человек болеет заметно тяжелее, чем в первый раз. Например, это касается лихорадки денге. Первое заражение ее возбудителем часто напоминает грипп. Зато повторное может протекать очень сложно и привести к смерти больного.

Что-то подобное иногда наблюдается и при коронавирусной инфекции. У меня есть пациентка, которая болела дважды с интервалом примерно полтора месяца. Оба раза диагноз подтвердили с помощью ПЦР-теста. Но в первый раз симптомы были незначительные, а при повторном заражении развилась пневмония, болезнь протекала сложнее. О таких случаях рассказывают и коллеги.

Кстати, это одна из причин, почему 17 лет назад не удалось создать вакцину против первого SARS-CoV. Испытания на животных показали, что подопытные не просто болели после вакцинации — они болели тяжелее, чем без нее. Поэтому на людях ее даже не начинали тестировать. Кстати, сегодняшний коронавирус очень похож на первый SARS-CoV по своему строению.

Это означает, что вы не смотрите оптимистично на перспективы создания вакцины сейчас?

Нет, не значит. Я оптимист. За эти 17 лет появились новые технологии, которых в нулевых не было. Думаю, что вакцина у нас будет. Но здесь есть несколько нюансов. В частности, она должна быть недорогой. Потому что если ее цена достигнет, скажем, ста долларов за дозу, то очень многие люди просто не смогут себе позволить такую ​​роскошь.

И надо иметь в виду, что коллективный иммунитет естественным путем может появиться раньше, чем вакцина. Ведь эпидемия — это как костер: пока есть дрова, он горит. А когда топлива нет, то костер затухает. Хотим мы того или нет, а все больше людей болеют, выздоравливают и становятся по крайней мере на некоторое время невосприимчивыми к вирусу. Поэтому может случиться так, что эффективная вакцина появится уже тогда, когда большой необходимости в ней не будет.

Дмитрий Симонов, Громадське

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

весна/высокая мода/еврозима/зима/лето/осень
2915 грн.
163