Мировая экономика – под угрозой кризиса из-за эпидемии в Китае. И нам не все равно: в 2019 году КНР стала торговым партнером №1 для Украины и, вероятно, азиатские проблемы на нас отразятся. У шаткой украинской экономики и без того проблем куча, а держать финансовый баланс как-то необходимо. Председатель Комитета ВР по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики, представитель фракции «Слуга народа» Даниил Гетманцев наверняка знает, каким «оружием» обладает законодательная ветвь власти для защиты госбюджета Украины.

НОВЫМИ НАЛОГАМИ СЫТ НЕ БУДЕШЬ

- Даниил Александрович, давайте поговорим о деньгах. Госбюджет в конце прошлого года заставил понервничать, и существуют опасения, что в 2020-м будут проблемы с его наполнением. Что предлагают законодатели, чтобы их предотвратить?

- Действительно, в прошлом году была определенная сумма недовыполнения бюджета по доходам и, соответственно, по расходам. Некоторые статьи были недофинансированы. Основная проблема, с которой это связано (есть и другие, например, недовыполнение поступлений от акцизного налога, но это бесспорно – основная) — поступления от таможни меньше в связи с непредсказуемым курсом валют. В течение года произошло стремительное снижение курса доллара к гривне, что спровоцировало дыру в бюджете. У общества были большие надежды, что коррупционные схемы на таможне достаточно быстро удастся прикрыть и мы найдем от этого дополнительный ресурс для бюджета. Но в 2019 году этого не произошло.

Мы неоднократно заслушивали на комитете главу таможенной службы господина Нефедова. Он утверждает, что по группам неэнергетических товаров отчисления увеличились на 5%, но это еще не тот результат, которого ожидали. Надо лучше работать, и мы сейчас обсуждаем на комитете, чем можем помочь таможне и правоохранительным органам в устранении схем.

Осенью приняли все необходимые законы для развития цивилизованной системы таможенного оформления: законы о совместном транзите, об авторизованных экономических операторах, о едином таможенном лице, защите интеллектуальной собственности во время таможенного оформления. Есть еще несколько законопроектов, которые хотим принять (скажем, о таможенном постаудите), но это не критично.

Государственная налоговая служба в 2019 году впервые за 6 лет выполнила план. Это очень показательно, потому что несколько месяцев подряд (начиная с августа) при аналогичной налоговой базе отчисления от НДС увеличивались на 2-3 млрд ежемесячно. Это свидетельствует о том, что афер становится меньше, процесс идет в правильном направлении. Уверен, что Государственная налоговая служба план бюджета за первый квартал выполнит в полном объеме. Что касается таможенной, у меня есть определенные сомнения.

- Получается, борьба с аферами, коррупционными, теневыми схемами, о которой говорили еще летом, сработала наполовину?

- Просто это отнимает время. В ходе реформирования нужно разработать новую структуру, затем через конкурс наполнить ее людьми. Старая система – это же не только преступник в налоговой или в таможне. Это организованные преступные группировки, которые с ним сотрудничают. И должны признать – еще и реальный бизнес, который пользуется их «сервисами». То есть, огромная коррупционная система, которая выходит далеко за пределы государственного аппарата. Поэтому масштаб сопротивления, с которым сталкиваемся, огромный.

Однако уверен: мы справимся с этой задачей и на таможне, и в налоговой службе, где процесс уже идет и имеет положительные результаты.

- А как оцениваются объемы серого импорта, из-за чего которые государство недополучает средства?

- Наверняка не знает никто. Предыдущее правительство говорило о недополучении 100 млрд грн в год в результате серого импорта. Мне кажется, эта цифра завышена. Но даже если меньше наполовину, все равно это огромные средства, и нужно работать над возвратом их в бюджет.

- Когда речь идет о дополнительных методах наполнения казны, в первую очередь на ум приходит введение новых налогов. Они могут появиться? В каких отраслях, форматах? Есть такие инициативы?

- Мы не собираемся вводить новые налоги, это даже не обсуждается. Магистральной идеей нашей политики в сфере публичных финансов является детенизация. Если вывести из тени экономику и заставить всех платить налоги, то это и будет конец эпохи лжи, о которой говорили на выборах. Это позволит увеличить и поступления в бюджет, и объем ВВП. Мы будем считать это большой победой, если удастся вывести экономику из тени хотя бы на 20% за 5 лет. На сегодня МВФ оценивает наш теневой сектор в 44-45% экономики. То есть, хотим уменьшить этот процент наполовину, как минимум.

- Законопроект об объединении налогов «три в один» — это тоже об экономической выгоде, или говорим об этом в плоскости упрощения процедур и администрирования?

- Это еще не законопроект, а идея, которая сейчас разрабатывается Министерством финансов. Она заключается в облегчении, совершенствовании администрирования налогов и одновременном уменьшении давления на фонд оплаты труда. В ней прекрасно все, за исключением уменьшения поступлений в государственный бюджет, что нам нужно компенсировать.

Минфин просчитает ее потенциал на основе статистики прошлых налоговых периодов, и, как только получим результат, будем видеть компенсаторы этого решения — сразу вынесем его для обсуждения общественностью.

- Некоторые эксперты-экономисты считают, что в Украине не полностью использован потенциал налога на роскошь. Даже ЕСВ платится максимум с 70 000 грн зарплаты, а все, что свыше — не является базой начисления взноса. Как считаете, здесь еще есть поле для манипуляций?

- Налог на роскошь ни в одной стране никогда не был существенным источником для пополнения бюджета в связи с очень узкой базой налогообложения. Роскоши как объекта налогообложения мало. Эту иллюзию сознания населения любят эксплуатировать политики. Иллюзию о богатых, которые должны платить за бедных. В эту сказку охотно верят, но поступления от налога на роскошь небольшие, даже если ставки будут бешеные. Не вижу здесь большого потенциала. А если говорить о прогрессивной ставке налогообложения, то нужно понимать, что должна быть золотая середина между налогообложением крупных доходов большими налогами и вероятностью их сокрытия. Поэтому я – за разумную умеренную прогрессию (с максимальным шагом в 5%) и против повышения ставок до 54%, как, в частности, предполагается законопроектом 2758.

ЗЕМЛЯ — СЕЛЯНАМ, РАВЕНСТВО – НАЛОГОПЛАТЕЛЬЩИКАМ

- Очевидно, сейчас не лучшее время наращивать льготы – например, есть определенные идеи о дополнительных для ветеранов АТО/ООС. В нынешних условиях не стоит на них рассчитывать?

- Есть много социальных групп, которые нуждаются в помощи государства. Но мы должны не только заботиться о хорошо организованных группах граждан по отдельным интересам (как ветераны, чернобыльцы, вкладчики банков или валютные должники), но и помнить обо всем обществе. Есть огромное количество людей, которые сплочены хуже, но нуждаются в гораздо большей помощи государства. Это больше 11 млн пенсионеров в первую очередь. За последние 5 лет именно за их счет решались различные проблемы в государстве. Пенсия уменьшилась в долларовом эквиваленте в два раза при том, что средняя зарплата в конце 2019 года достигла уровня 2013-го (в долларах). А минимальная – выросла еще больше. Минимальная же пенсия – вдвое меньше даже того прожиточного минимума, который рассчитывается Госслужбой статистики – 1638 грн. Эти цифры граничат с гуманитарной катастрофой. Но люди не выходят на улицу, не устраивают пикеты, и государство о них вспоминает вроде как в последнюю очередь. Это несправедливо.

Другой пример – помощь при рождении ребенка. В 2013 году платили за первого ребенка около 30 тыс. грн, за второго – почти 60 тыс. и за третьего — свыше 119. И это при курсе 8 грн за доллар! 15 тыс. долларов — стоимость квартиры в райцентре. А сейчас платим около 41 тыс. при рождении каждого ребенка, и матери не выходят на улицы. Это не агрессивная социальная группа. Они не организованы между собой, но это не значит, что Украине не нужно заботиться о своем будущем, заботясь о семье. Я убежден, что задача государства – найти баланс между интересами различных групп, который объединяет общество.

Здесь есть еще обстоятельство, которое следует понимать. Довольно часто у тех, кто высказывает, представляет интересы определенных социальных групп, на самом деле собственные интересы, обособленные от интересов этих групп, и они играют в свою политику. Эти «представители» давно отделились от тех, кого представляют, субъективизировались и эксплуатируют ту или иную тему. Особенно это очевидно на примерах структур, которые остались в наследство со времен СССР. Но хватает и борцов за права социальных групп, которые образовались позже.

Поэтому, относительно льгот и дотаций я был бы очень осторожен и предоставлял их отдельным, максимально обезличенным группам. Прежде всего мы должны заботиться о справедливости.

- Поскольку вы вспомнили о мамах, уточню — то есть, у идеи о выплатах в размере 100, 200 и 300 тысяч гривен за соответственно первого, второго и третьего родившегося ребенка – все-таки есть перспектива?

- В этом бюджете не удалось ее протащить. Мы получили страну в печальном состоянии, государственный долг огромен – каждая третья гривня идет на его погашение. И дефицит Пенсионного фонда огромен – целая совокупность взаимосвязанных проблем.

- ... которые требуют масштабных решений. Одно из них — открытие рынка земли, за которое, как прогнозировал спикер ВР, раньше апреля не проголосуют.

- Наверняка не знаем, возможно, оппозиция снимет свои правки. Их там больше 4000, это очень много.

- Если в итоге это произойдет, когда рынок заработает и государство начнет на этом зарабатывать?

- Рынок земли — это, бесспорно, о доходах бюджета, но не в первую очередь. Прежде всего это вопрос справедливости и детенизации, получения людьми активов, которые могут приносить деньги. Мы же не будем отрицать, что рынок земли существует и купля-продажа сельскохозяйственных земель осуществляется. Просто она скрывается под договорами аренды или эмфитевзиса. Грязные схемы не позволяют владельцу, пайщику получить нормальную цену за участок и распоряжаться им как активом, который может генерировать капитал.

Это проблема всех развивающихся стран – они не научились использовать активы в качестве капитала, который может свободно вращаться, генерируя новый капитал. Можно построить дом без разрешения, с нарушением целевого назначения земли – и жить в нем. Но невозможно получить кредит под залог такой недвижимости, продать ее. У дома есть стоимость, которая не может генерировать новую стоимость, участвовать в обороте на рынке капитала (работаем над законопроектом о рынках капитала сейчас), привлекать средства. Так же и с землей.

Аграрный рынок – в тени. Нет доверия к контрактам и к партнерам. Налоги не уплачиваются, более 8 млн га обрабатываются без какого-либо оформления. И начинать нужно со снятия ограничений, которые препятствуют рыночным отношениям с одновременным закреплением предохранителей, которые защитят права собственников.

- А что будет дальше?

- Легализация рынка земли позволит оживить, дать мощный толчок развитию и этого сектора, и экономики в целом. Развить отрасли сельского хозяйства, которые сегодня вообще не финансируются, потому что нет смысла вкладывать в них средства. Инвестиция, больше 700 долларов на гектар, на сегодня рискованная, потому что непонятно, в чьих руках завтра будет этот гектар. То есть, земли — актив, в который можно инвестировать даже в среднесрочную перспективу, не говоря уже о долгосрочной. Страдают целые отрасли садоводства, ягодоводства, потому что это — длинные деньги, риск. И наше сельское хозяйство, хоть и занимает очень большую долю ВВП (что плохо, потому что порождает все риски сырьевой экономики), заточено на монокультуры. Вырастить, собрать урожай, продать, снова вложить деньги так, чтобы оборачивались быстро. Страна не заинтересована в таком.

Земельная реформа – это разрешение распоряжаться своей собственностью, землей. Более 60% украинцев, согласно соцопросам, одобрительно относятся к этому. Я не понимаю, почему людям разрешено распоряжаться квартирами и нельзя землей — это такая же недвижимость. Человек должен иметь право продавать ее, когда выгодно, продуцировать капитал, использовать в качестве залога, когда берет кредит. А на моратории пока зарабатывают только дельцы, которые не заинтересованы, чтобы земля стоила дороже и пришлось лишиться повышенной маржинальности, которую имеют сегодня на своем «сером бизнесе».

- Есть еще один «серый бизнес», относительно которого ведутся сейчас дискуссии — азартные игры. Резонансный законопроект, 3000 правок...

- Даже больше, около 3500.

- Даже так! И потенциальные игроки этого бизнеса, дожидаясь легализации, высказывают опасения, что происходит искусственное затягивание процесса – и неизвестно, проголосуют ли за законопроект во втором чтении.

- Рано еще говорить о затягивании, последний день подачи поправок был, кажется, 30 января. Это огромная таблица, которая только на прошлой неделе была сведена в документ, с которым можно работать. Рабочая группа состоялась 12 февраля. И мы не спешим с этим законопроектом “сегодня на завтра”, потому что очень большое количество правок. А ВР рассматривает земельный законопроект, что не очень-то подталкивает заниматься другими делами интенсивно: Рада не выйдет из вопроса земли, чтобы рассмотреть игорный бизнес или любой другой законопроект.

- Но принципиальное согласие есть, что легализацию нужно довести до завершения?

- Да, конечно, обязательно это сделаем.

- Вам не кажется, что доходы, предусмотренные от легализации, достаточно скромные? Ощутимые прибыли — это когда игорная зона приносит десятки миллиардов долларов в год.

- Мы сейчас говорим не о «Лас-Вегасах», а о бюджете-2020, в котором предусмотрено 4,5 млрд поступлений от легализации игорного бизнеса. Понимаем, что в 2020 году еще нереально – открыть какую-нибудь игорную зону, но такая возможность в законопроекте предусмотрена, решение об этом должно принять правительство. Это только начало.

- Много говорится о важности смягчения бизнес-климата в Украине. Что уже изменилось в законодательстве, чтобы он стал благоприятным?

- Прежде всего, легальный бизнес получит равные условия для хозяйствования. Мы выведем теневиков на свет Божий, чтобы у них не было дополнительных преимуществ благодаря уклонению от налогообложения. В январе Верховная Рада проголосовала проект Закона Украины № 1210 «О внесении изменений в Налоговый кодекс Украины относительно усовершенствования администрирования налогов, устранения технических и логических несогласованностей в налоговом законодательстве», который существенно меняет действующее налоговое законодательство. В целом предприняли целый ряд мер, направленных на облегчение налогообложения промышленности. Государство впервые стало ответственным перед налогоплательщиком - в виде санкций, конкретных штрафов, которые будет уплачивать налогоплательщику, если нарушит законодательство против него. Ввели нормы AntiBEPS (налоговая политика, защищающая права налогоплательщиков, направлена на равенство и справедливость налогообложения, - ред.). Приняли нормы противодействия уклонению от налогообложения бизнеса с использованием единого налога.

Кроме этого, для оживления экономики мы предусмотрели ускоренные нормы амортизации, позволили использовать предпринимателям производственный метод амортизации основных средств, увеличили в 2,5 раза стоимость основных средств, позволили предпринимателям с годовым оборотом до 40 млн грн не учитывать налоговые разницы. Понимаем, что классический налог на прибыль предприятий имеет определенные недостатки, фактически устанавливая ограничения (в виде амортизации) на реинвестирование предпринимателями прибыли в основные средства. Это был один из дельных аргументов за внедрение налога на выведенный капитал. Мы устранили эти ограничения, стимулируя привлечение инвестиций именно в промышленное производство – отрасль должна стать движущей силой развития отечественной экономики. Главное для нас — создать равные условия для всех.

- Что касается равных условий и справедливости. Сейчас на рассмотрении – так называемый «антиколомойский закон». Как оцениваете вероятность того, что законопроект будет принят в редакции, которая позволит бывшим владельцам обанкротившихся банков получить компенсацию?

- Я не понимаю дискуссий по поводу компенсации бывшим собственникам банка в случае, если решение о лишении их права собственности принято незаконно. То есть, есть кто-то, кто убежден в том, что этого делать не нужно? Компенсацию могут получать и сейчас, законом это предусмотрено, если незаконно лишили права собственности. Это норма не только гражданского кодекса, это положение Конституции и в конце концов – статьи 1 Протокола первого конвенции по правам человека. Это есть в законопроекте 2571, внесенном Кабмином, и во всех альтернативных законопроектах, внесенных на рассмотрение. Вопрос компенсации как таковой – вообще не обсуждается. Обсуждается вопрос формулы для расчета размера этой компенсации или ее отсутствия. Мне кажется, было бы правильно, чтобы решения относительно суммы убытков и компенсации принимал суд, учитывая мнение экспертов. Кабмин считает, что должна быть особая процедура определения размера компенсации. Это один из вопросов, относительно которых сейчас дискутируем. Другой момент — законопроектом предусмотрено, что человек может обжаловать любое решение НБУ только на основании законности. Нам кажется, это противоречит Конституции, решения должны оспариваться еще и на основаниях обоснованности, целесообразности и других, перечисленных в ст. 2 Кодекса административного судопроизводства. Иначе – это сужение права граждан на иск. Что, опять же, не соответствует Конституции и Европейской конвенции.

В целом, вероятность принятия этого законопроекта высока. Сроки трудно прогнозировать, но считаем этот вопрос актуальным.

Татьяна Негода, ForUm

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

зима
2799 грн.
80