Олимпийский чемпион Евгений Плющенко, прооперированный на прошлой неделе в элитной немецкой клинике St. Wolfgang, теперь вынужден передвигаться на костылях.
Фигуристу, который своим талантом завораживает миллионы зрителей, сейчас с трудом дается каждое движение.
Женя испытывает дикую боль в правом колене (ему удалили мениск), но переносит ее с улыбкой и даже пытается шутить: «Я еще станцую на своей свадьбе!»
Переносить боль и неудобства, связанные с временной необходимостью ходить на костылях, Плющенко помогает самый близкий человек – мама Татьяна Васильевна. Любящая и заботливая женщина делает все, чтобы сыну было комфортно. Но без слез смотреть на то, как ее жизнерадостный Женя мучается от боли, мама не может. Ее голос постоянно срывается, когда она в деталях рассказывает об операции сына и показывает нам удаленный мениск.
«Вообще, операцию Жене надо было сделать еще месяц назад, – рассказывает мама Плющенко, – потому что первого августа он должен был уже приступить к тренировкам. Но из-за поездки в Гватемалу операцию пришлось отложить. И теперь Женя сможет начать тренироваться не раньше середины августа».
«Доктор, который оперировал Женю, – очень авторитетный специалист, в этой клинике он принимает только по четвергам, поэтому как только мы договорились – сразу же сюда прилетели. И слава богу, что мы не затянули, потому что из-за многолетних тяжелых нагрузок мениск на правом колене изменил форму и начал гноиться, а это ведь очень опасно!», пишет «Твой день».
«Я вообще очень переживала за сына, волновалась, сможет ли он кататься. Потому что несколько лет назад, когда сыну делали сложную операцию - удаляли паховые кольца - многие уже ставили на Жене крест. Но в этот раз врач заверил меня, что все будет хорошо и Женя будет кататься».
Сам фигурист, конечно, был не так напуган, как его мама, но некоторые опасения у него все же были. «Пока меня готовили к операции, я наблюдал, как «режут» парня в соседней палате, и ощущения, надо сказать, были неприятными, – вспоминает Женя. – Я не очень боялся ложиться под нож, больше беспокоился за реабилитационный период».
«Когда Женю увезли, я места себе не находила, – продолжает Татьяна Васильевна. – И повторяла ему все время: «Только не бойся, сынок». Когда началась операция, я сидела у двери, но потом не выдержала и вернулась в наш гостиничный номер. Когда через сорок минут ко мне пришел доктор, у меня уже сдали нервы и я чуть не рыдала. Но врач успокоил меня и показал удаленный мениск. Я потом сыну говорила: «Женя, так тебе ж полноги отрезали». Я-то думала, что ему совсем крохотный кусочек удалят».
Плющенко долго отходил от наркоза.
«Я разговаривал по телефону через несколько часов после операции, а на следующий день совершенно ничего не помнил и спрашивал у мамы, с кем я говорил, – улыбается фигурист. – Честно говоря, в первый день мне было очень больно. Но мне постоянно давали обезболивающие лекарства и весь живот обкололи. Вообще, здесь потрясающе относятся к пациентам. Ты понимаешь, что ты в надежных руках, о тебе не забывают ни на минуту. Мне сразу же подобрали костыли, а на второй день я уже приступил к процедурам. Врачи помогают мне разминать ногу, показывают, какие надо делать упражнения».
Пока Женя не вставал с кровати, Татьяна Васильевна буквально с ложечки кормила любимого сына. А как только фигурист сделал первые шаги, он засобирался домой, в Питер. И это при том, что врачи убеждали Плющенко провести в клинике еще минимум неделю. Но они не понимали, что уговаривать Женю изменить решение бесполезно. И через два дня после операции он уже летел в Санкт-Петербург.
«Дома мне будет лучше, – считает Женя. – Через три дня мне снимут швы, я так же буду ходить на процедуры. А через неделю, даст бог, смогу ходить без костылей. А потом планирую разминать ногу, катаясь у себя за городом на роликах и на велосипеде».
