Грузинские избиратели ловко избавились от дилеммы: на президентских выборах им нужно было сделать выбор между стабильностью и демократией, между авторитарной партией и разрозненной оппозицией. На первый взгляд кажется, что они проголосовали за стабильность, поскольку вызывающий неоднозначные оценки президент Михаил Саакашвили получил большинство голосов уже в первом туре. Однако и этот результат можно считать успехом для демократии.
При этом речь не идет о "триумфе демократии", который констатировал американский глава международной группы наблюдателей. По сравнению с другими выборами в регионе (включая Россию) выборы действительно были относительно свободными. Но честными они не были. Саакашвили и его технократы-реформисты, которые правят страной со времен "революции роз" 2003 года, в полной мере воспользовались находящимся в их руках административным ресурсом. Правящая партия "Единое национальное движение" доминирует во всех политических институтах как в столице, так и в стране в целом, держит под своим контролем электронные СМИ и не перестает объявлять о своих деяниях на благо народа.
Для того чтобы Саакашвили получил поддержку большинства, открытой подтасовки результатов голосования и не требовалось. Но была ли поддержка на самом деле, не доказано, несмотря на то, что иностранные наблюдатели – в отличие от ситуации с парламентскими выборами в России – имели доступ к избирательным участкам. Заставляет задуматься тот факт, что Саакашвили занял лишь второе место в Тбилиси, когда как в удаленных от центра регионах за него проголосовали от 70 до 90% избирателей.
Сам Саакашвили заявил в ноябре, что он рассчитывает на оглушительную победу в 70% – и это после того, как подконтрольные ему спецслужбы несоразмерно жестоко разогнали мирные акции протеста оппозиции и ему пришлось объявлять о проведении досрочных выборов. После "революции роз" он получил 96% голосов. В парламенте его партия имеет большинство в две трети.
С учетом этих отправных пунктов, а также неравных ресурсов кандидатов, победа Саакашвили выглядит и не такой уж грандиозной. Оппозиция не смогла победить, поскольку ее на выборах представляли 6 кандидатов. Но, несмотря на этот раскол, не обладающий яркой харизмой предприниматель Леван Гачечиладзе смог набрать 27% голосов.
Настоящего успеха оппозиция добилась на референдуме, который грузинские власти проводили параллельно с выборами: две трети граждан высказались за перенос парламентских выборов на весну. Тем самым избиратели отменили решение Саакашвили, которое вызвало бурю протестов осенью. Тогда он аргументировал свое решение – парламентские и президентские выборы, по его замыслу, должны были проходить одновременно, осенью 2008 года – тем, что в противном случае страна может войти в затяжную фазу политической нестабильности, которая совпадет с моментом провозглашения независимости Косово и возможным возмущением в собственных мятежных провинциях. К тому же только сильная власть, по словам Саакашвили, в состоянии дать отпор постоянным экономическим и политическим интервенциям со стороны России.
И в самом деле, Москва играет грязную роль в Грузии – но при этом грузины больше не позволят себя запугать призраками организованного в России заговора с целью свержения любимчика Вашингтона Саакашвили. Сегодня они не видят в оппозиции альтернативы действующей власти, но в то же время не намерены больше молча проглатывать то, что им навязывается реформами сверху. Они добились этого права в ноябре и намерены воспользоваться им. В результате, считает Вальтер Кауфман, представитель фонда Генриха Бёлля в Тбилиси и один из лучших знатоков Грузии, оппозиция окрепла.
Саакашвили больше не удастся руководить страной в своем стиле, отрицающем любой диалог. В ближайшее время это негативно скажется на стабильности и темпе реформирования страны. Но в будущем лишь таким образом удастся укрепить демократию. А в качестве гарантии против влияния России действует НАТО: большая часть населения страны и оппозиция также хотят интеграции в Североатлантический альянс. НАТО не должно лишать такого шанса Грузию.
|
|
