Беспрекословное следование рецептам МВФ, на что сразу же согласилось правительство Яценюка, не поможет поднять экономику Украины — скорее эффект будет прямо противоположным. Такое мнение в интервью приложению «Капитал 500» высказал бывший первый вице-премьер Сергей Арбузов.

Говоря о переговорах предыдущего правительства с МВФ, он подчеркнул, что поиск компромиссного варианта продолжался до последнего момента.

«Это был длительный и сложный процесс, о ходе которого мы всегда информировали общественность. Поэтому сейчас я вряд ли кому-то открою что-то новое, сообщив, что самой спорной темой, так сказать камнем преткновения, стал вопрос повышения тарифов на газ для населения. Чтобы сдвинуться с мертвой точки, в качестве выхода из ситуации рассматривался вариант, при котором Украина предпринимала бы ряд комплексных мер по улучшению финансового состояния НАК «Нафтогаз України», после чего постепенно и поэтапно реализовывала требования МВФ, обеспечив необходимые компенсационные мероприятия для малообеспеченных слоев населения и параллельно проводя широкую разъяснительную кампанию. Но такую альтернативу фонд не принял. Поиск компромиссного варианта продолжался до последнего момента», – заявил он.

По словам политика, жесткие ограничительные меры и методы тотальной экономии, навязываемые Международным валютным фондом, способны не только привести к обнищанию населения, но и усугубить спад в отечественной экономике. «При этом снижение уровня жизни украинцев будет способствовать экономическому спаду, а он, в свою очередь, снижению уровня жизни. Рекомендации МВФ ведут к тому, что полностью нивелируется потенциал роста экономики за счет развития внутреннего потребления. Уверен, именно стимулирование внутреннего спроса способно обеспечить устойчивое развитие экономики, должны вырасти накопления, которые затем станут основой внутренних инвестиций в развитие страны. То, что предлагает фонд, ведет к сокращению не только потребления, но и сбережений людей», – отметил он.

«В противовес ортодоксальным рецептам МВФ, во многих странах применяется государственное стимулирование экономического роста на основе синтеза кейнсианского и монетаристского подходов. Главные усилия направляются на сохранение социальной стабильности. В основе этого лежит поддержание стабильности развития экономики — допустимых уровней инфляции, девальвации и безработицы, т. е., того, чем занималось предыдущее правительство Украины и руководство НБУ. Выбирая методы вывода экономики из сложной ситуации, не следовало безоговорочно соглашаться на условия МВФ, а как минимум обратить внимание на альтернативные варианты. Активное участие государства в развитии экономики, в том числе с использованием средств госбюджета, ведет к росту деловой активности. Со временем это приводит к увеличению налоговых сборов, результатом чего является не только сокращение дефицита бюджета, но и улучшение структуры экономики, создание базиса для повышения уровня жизни, роста социальных стан дартов», – заявил Арбузов.

«Существует и обратная связь: если государство сокращает расходы, как того требует МВФ, а нынешняя власть безропотно с этим соглашается, то следствием становится падение ВВП, снижение поступлений в госбюджет. Это ведет к уменьшению возможностей для поддержки слабозащищенных слоев населения. Кроме того, в таких условиях предприятия вынуждены экономить, что ведет к снижению зарплат и росту безработицы. По большому счету суть вопроса в том, что поставить во главу угла: стремление к сокращению дефицита госбюджета любой ценой или поддержание этого показателя на приемлемом уровне при условии целевого расходования госсредств на развитие экономики. В ответе на этот вопрос состоит важное отличие экономической политики предыдущего и нынешнего правительств», – подытожил он.

Арбузов также рассказал, чего удалось достичь прошлому правительству в сфере борьбы с коррупцией.

«Наиболее полный ответ могу дать о работе экономического блока правительства, так как именно эта зона входила в сферу моей ответственности. Нам удалось добиться существенных успехов, прежде всего снизить на законодательном уровне давление административного ресурса на предпринимателей. Чтобы повысить позиции Украины в мировом рейтинге легкости ведения бизнеса Doing Business, были разработаны и приняты различные нормативно-правовые акты, существенно уменьшившие количество «контактов» предпринимателей с различными государственными структурами (начиная с упрощения процессов регистрации предприятий, заканчивая сокращением числа налогов). Это серьезные шаги по борьбе с коррупцией: правительство не сражалось с теми, кто дает или берет взятки, а выбивало у них почву из-под ног, предотвращая саму возможность решать что-либо с помощью денег. Это позволяет устранять глубинные дефекты системы госуправления, а не заниматься популизмом, успешно бороться с причинами, а не со следствиями», – отметил он.

По словам Арбузова, тогдашней властью были предприняты и более конкретные, точечные меры. «Например, весной 2013 г. Кабмин возобновил деятельность Межведомственной комиссии по вопросам защиты прав инвесторов, противодействию незаконному поглощению и захвату предприятий. Показательно, что только за первые четыре месяца было обработано около 70 заявлений, размер убытков от действий рейдеров в которых в целом оценивался до 1 млрд грн», – заявил бывший первый вице-премьер.

В то же время он подчеркнул, что борьба с коррупцией сегодня не является приоритетом нового правительства. «То, что власть пытается выдать за «видимость борьбы с коррупцией», скорее всего, можно назвать охотой на ведьм, преследованием всех, кто работал в предыдущем правительстве, и прочих «неугодных». Какая бы беда в стране ни произошла, сразу же для нее «назначается» виновный. Как правило, он имеет непосредственное отношение к прошлому составу Кабмина. А на этом фоне тихо и преимущественно без особой огласки осуществляется рассадка по теплым местам своих людей, многих из которых общественность и СМИ весьма обоснованно подозревают в причастности к коррупционным деяниям», – заявил Арбузов.

Кроме того, говоря о ситуации с курсом гривни, политик отметил, что вереход на плавающий курс в феврале был преждевременным, но вынужденным.

«Оба подхода — и фиксированный, и гибкий обменный курс — имеют право на существование. Они активно используются в различных экономиках, в зависимости от стадии их развития и целей экономической политики. В то время когда я руководил Нацбанком, поддержка жесткой привязки гривни к доллару была оправданна хотя бы потому, что отечественная экономика не была готова к введению гибкого обменного курса. Во-первых, из-за ее недостаточной структурированности и устойчивости, что в условиях отсутствия жесткой привязки могло бы привести к возникновению дисбалансов. Во-вторых, из-за невозможности справиться с внезапным кризисом доверия населения к банковской системе в случае существенных валютных колебаний, возможных при введении гибкого курса (последнее, кстати, мы сегодня и имеем: только за март отток депозитов населения составил 12,8 %)», – отметил он.

Еще одним фактором неготовности отечественной экономики к изменениям курсовой политики, по словам Арбузова, был значительный объем внешних долгов Украины, номинированных в валюте. «Необходимо понимать: при непредсказуемых изменениях валютного курса стоимость критического импорта, в первую очередь энергоносителей, может существенно увеличиваться, негативно влияя на динамику макроэкономических показателей и уровень жизни населения, что мы сейчас и наблюдаем», – подчеркнул он.

«Переход на плавающий курс в феврале, конечно, был преждевременным, но в то же время необходимым и скорее вынужденным из-за весьма сложной ситуации на валютном рынке.

Но еще раз подчеркну: эти трудности не были обусловлены экономическими факторами. Взять, к примеру, сальдо платежного баланса НБУ в 2013 г. — оно позитивное и составляет порядка $ 2 млрд. Проблемы стали следствием политической нестабильности, спровоцировавшей панику среди населения, а этим, в свою очередь, грамотно воспользовались валютные спекулянты», – заявил политик.

ForUm

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

898