Попадание в восьмерку лучших команд Европы — историческое событие для отечественного футбола. И даже после разгромного поражения от Англии в четвертьфинале Евро-2020 сборную Украины все равно встречали на родине как героев. Но Англия сыграет в финале Евро, а украинские футболисты будут смотреть матч по телевидению.

Главный тренер сборной Андрей Шевченко предупреждает: если у нас не будет сильного внутреннего чемпионата, даже четвертьфинал в ближайшем будущем станет для нас недостижимой мечтой. Одна из причин — у украинских футбольных клубов, готовящих игроков для сборной, очень нестабильное финансирование, и они не умеют (или не хотят) зарабатывать на футболе. Как это умеют, например, в той же Англии.

На какие деньги существует украинский футбол, кто в него вкладывает и почему в Украине не работают европейские подходы — в материале hromadske.

Бизнес или развлечение?

Несмотря на то, что большинство украинцев следят за футболом только во время игр сборных на крупных турнирах, такие события для футболистов что-то вроде почетных командировок, а их работа — это именно игра именно в клубах.

Футбольные клубы — в основном частные организации, а в капиталистическом мире, где мы с вами живем, главная цель частных коммерческих структур — зарабатывать деньги. Но как обогатиться на том, что люди гоняют мяч?

Вот, например, можно просмотреть на статьи дохода донецкого «Шахтера» в сезоне 2019/2020. «Горняки» получали деньги:

  • от УЕФА и ФИФА, прежде всего, за участие в Лиге чемпионов,
  • от продажи и аренды своих игроков,
  • а также от коммерческой деятельности.

Коммерческие поступления — доходы от спонсоров и рекламы, от продажи билетов и абонементов, клубной атрибутики, выплаты за права на трансляцию матчей.

Однако это лишь названия статей дохода, а количество средств, которые клубы получают с них, может быть очень разным, и влияет на это большое количество факторов.

Что касается Украины, можно сразу сказать — наши клубы не зарабатывают столько, сколько они тратят, наша футбольная история — не про бизнес.

Дорогие «игрушки»

Обычно ведущие украинские футбольные клубы называют дорогими «игрушками». В частности, киевское «Динамо» — «игрушка» Игоря Суркиса и его брата Григория донецкий «Шахтер» — олигарха Рината Ахметова. Именно для этих важнейших «болельщиков» прежде всего и играют команды.

Сами владельцы украинских клубов не скрывают, что футбол в финансовом плане приносит им только убытки.

«У нас бюджет сегодня 30-35 миллионов долларов, где дотационных денег около 10-15 миллионов. Их приходится добавлять акционерам. Почему? Потому что от билетов мы ничего не получаем. От атрибутики, к сожалению, тоже», — говорил в интервью владелец «Динамо» Игорь Суркис.

Владелец «бело-синих» указывает, что западная модель заработка в Украине работать не может.

Украинцы на футбол не ходят

Пандемия очень больно ударила по спортивным соревнованиям, ведь пустые стадионы означают отсутствие денег от продажи билетов. Впрочем, в случае украинских клубов и до эпохи коронавируса эта статья дохода была смехотворной.

Цена билетов на матчи «Динамо» в чемпионате Украины составляет 50-500 гривен, на еврокубковые игры — немногим больше, однако это все равно лишь несколько долларов с билета. И это еще у киевлян самая большая посещаемость в Украине — в среднем 12 861 болельщик за матч в сезоне 2019/2020.

Если взять среднюю стоимость билета в 250 гривен и умножить на этот показатель, получится, что за одну игру билетов продается на 3,2 миллиона гривен. Умножим это на 11 домашних матчей УПЛ за сезон — получится 35,3 миллиона (около 1,3 миллиона долларов).

Но есть один нюанс: домашние матчи в УПЛ «Динамо» играет на стадионе «Олимпийский», который клубу не принадлежит, поэтому получает лишь часть дохода. Многие другие украинские клубы также играют не на своих аренах.

В случае с «Шахтером» есть официальный финансовый отчет, и есть конкретные цифры: в сезоне 2019/2020 «горняки» заработали на продаже билетов и абонементов 32 миллиона гривен.

О других украинских клубах и говорить нечего, там и цена билетов ниже (20-200 гривен), и посещаемость гораздо меньше.

Украинцы не очень активно ходят на футбол и тем более не готовы платить много за билеты на стадионы. Например, бывший гендиректор луганской «Зари» Сергей Рафаилов рассказывал, что на проведение матча чемпионата Украины клуб тратит 360 тысяч гривен, а с билетов получает 20 тысяч.

«Я говорю болельщикам: вам же не нужен футбол. Они же не кричат, почему за билет на “Океан Ельзи” надо платить 500 гривен... Мы продавали билеты на матч с “Эспаньолом” по 300 гривен на центральные трибуны, а были и по 50-60. За день до игры я шел домой в Запорожье, а тут поляна: банок 12 пива, 2 бутылки водки, закуска. И меня спросили, почему такие дорогие билеты. А у них там поляна на тысячу: “Это мы для себя”», — говорил в сердцах Рафаилов.

Но дело, конечно, не только и не столько в нелюбви к футболу, сколько в низкой покупательной способности украинцев — доходы большинства граждан просто не позволяют тратиться на футбол.

Для сравнения, согласно отчету УЕФА, в 2018 году один болельщик в Нидерландах в среднем приносил 24,1 евро за посещение стадиона. В Австрии — 20,4. Первая тройка — Англия (38,6 евро), Германия (35,8) и Испания (34,2). Украине в первой тридцатке места не нашлось. Показатель 30-го места (Словакия) — 3,7 евро с человека, а у нас и того нет.

Очевидно, низкие доходы населения влияют и на то, что продажа клубной атрибутики тоже не приносит много денег. В упомянутом уже отчете «Шахтера» указано, что за год эта статья доходов принесла 14 миллионов гривен.

Телеправа и спонсоры

Если посмотреть на другие доходы, то они у украинских клубов тоже низкие. Например, за право транслировать свои матчи «Шахтер» получил 13 миллионов гривен. Телеправа — один из важнейших способов заработка для футбольных клубов, но это прежде всего касается популярных лиг — Англии, Испании, Италии, Германии и Франции. Это так называемый топ-5 европейского футбола.

Больше всего денег от продажи прав на трансляцию своих матчей получает Английская Премьер-лига, и это не удивительно, ведь она самая популярная в мире. В 2018 году клубы АПЛ совокупно получили 2,863 миллиарда евро за телеправа, в среднем каждый клуб — по 143,2 миллиона евро.

Конечно, АПЛ недостижима для всех, не только для Украины. Но 13 миллионов гривен не дотягивают даже до Румынии (15 место) со средним доходом в 1,8 миллиона евро.

В то же время доход от спонсорских поступлений в бюджете «Шахтера» занимает львиную долю — 275 миллионов гривен из общих 338 миллионов. Но здесь надо понимать, что в украинском футболе спонсорами часто являются компании тех же владельцев клубов, и платят они отнюдь не рыночные деньги.

Генеральный партнер «Шахтера» — SCM, компания Ахметова, а еще среди спонсоров — ДТЭК и банк ПУМБ, которые также принадлежат олигарху. У полтавской «Ворсклы» на футболках логотип компании Ferrexpo, принадлежащей владельцу клуба Константину Жеваго. У харьковского «Металлиста» — DCH Александра Ярославского.

УЕФА спешит на помощь

А вот реальные и самые большие деньги наши клубы получают благодаря участию в еврокубках — Лиге чемпионов и Лиге Европы. По правилам УЕФА, за выход в каждую стадию этих турниров команда получает вознаграждение.

Так, за выход в группу ЛЧ все 32 клуба автоматически получают 15,25 миллиона евро. Плюс за каждую победу во время группового этапа — 2,7 миллиона, за ничью — 0,9. В Лиге Европы эти цифры значительно меньше: 2,92 миллиона евро за выход в группу и 570 тысяч и 190 тысяч за победу и ничью соответственно. Есть и ряд других выплат — маркетинговые платежи, за рейтинг клуба и так далее.

Согласно отчету УЕФА, именно для украинских клубов выплаты за участие в еврокубках являются крупнейшей статьей в бюджете: они составляют 69% от всех доходов (76,6 миллиона евро). На втором месте Сербия с 52%.

В уже упомянутом отчете «Шахтер» указал доход от УЕФА в 1,256 миллиарда гривен, то есть по нынешнему курсу — около 46 миллионов долларов или 39 миллионов евро. На этом фоне довольно смешными выглядят 13 миллионов гривен за телеправа и 14 миллионов гривен от продажи атрибутики.

Игорь Суркис отмечал, что в случае попадания в Лигу чемпионов бюджет «Динамо» перестает быть «дотационным», но это если не считать денег, потраченных на приобретение новых игроков — для этого ему все равно нужно выкладывать деньги из собственного кошелька.

Поэтому украинские клубы, как никто в Европе, зависят от успешных выступлений в еврокубках, прежде всего в Лиге чемпионов. А попадать туда становится все сложнее. И это если говорить о «Шахтере» и «Динамо», другим нашим клубам выступления в ЛЧ пока не светят, поэтому этих доходов они лишены.

Купи-продай футболиста

Последняя важная статья дохода — продажа и аренда игроков. И вместе с выплатами за участие в еврокубках, это наиболее реалистичная возможность для заработка. Весь футбольный мир так и работает: большие и богатые клубы покупают лучших футболистов у маленьких и бедных.

Однако из-за того, что украинские клубы изначально не были «заточены» на зарабатывание денег, выстраиванием системы подготовки и продажи талантливых игроков никто особенно не занимался. Здесь выделяется донецкий «Шахтер», который сформировал четкую стратегию: клуб выискивает молодые таланты (преимущественно бразильцев), адаптирует их к европейскому футболу и жизни в целом, «рекламирует» в Лиге чемпионов и выгодно продает.

Так, в 2013 году «горняки» продали Фернандиньо за 40 миллионов евро, Виллиана — за 35, Генриха Мхитаряна — за 27,5. Потом были продажи Дугласа Косты (30 миллионов), Алекса Тейшейры (50 миллионов), а в 2018 году Фред перешел в «Манчестер Юнайтед» за рекордные для «Шахтера» 60 миллионов евро. Была еще продажа Дмитрия Чигринского в «Барселону» за 25 миллионов евро в 2009 году.

Надо понимать, что это отнюдь не стабильный доход, и «Шахтер» все равно остается убыточным детищем для Ахметова, главная цель которого точно не прибыли.

«Футбол нужно любить больше, чем деньги», — так комментировал свою страсть самый богатый украинец.

Но несмотря на это, Ахметов не поленился нанять профессиональных менеджеров, которые должны реализовывать стратегию клуба, чего не скажешь о конкурентах из «Динамо». Стиль управления Суркиса даже получил неофициальное название «динамовские сердца»: владелец «бело-синих» предпочитает назначать на должности в клубе бывших известных динамовцев.

«Резать по живому, всех увольнять — не мой метод работы. Я не бросаю людей, поймите! Да, может, это моя беда, но таков мой характер, его уже не изменить», — объяснял свою позицию Игорь Суркис.

Однако результаты «Шахтера», как спортивные, так и трансферные, показывают, что та стратегия, которую реализует профессиональный менеджмент, все же лучше ставки на заслуженных ветеранов.

Другие украинские клубы не могут похвастаться отлаженной системой трансферов, которые покрывали бы расходы. Есть лишь единичные случаи, вроде продажи голкипера «Зари» Андрея Лунина в «Реал» за 8,5 миллиона евро.

В свое время харьковский «Металлист» тоже делал ставку на поиск молодых талантливых игроков из Южной Америки. Например, Тайсон и Марлос перешли в «Шахтер» именно из харьковского клуба, а последний еще и стал игроком сборной Украины.

Но «Металлист» не пережил войну, как и многие другие клубы. А все потому, что богатые владельцы перестали давать деньги.

«Тучные» годы

С начала нулевых и до финансового кризиса 2008 года экономика Украины уверенно росла, что позволяло олигархам и крупным бизнесменам зарабатывать все больше. Сначала Ахметов стал вкладывать большие деньги в «Шахтер» и навязывать конкуренцию «Динамо». А следом и у других богачей стало модным заиметь собственный клуб. Это было показателем статуса.

Поэтому благодаря олигархическим деньгам чемпионат Украины становился все сильнее, клубы предлагали сильным иностранным игрокам большие зарплаты. Так, до аннексии Крыма бюджет «Шахтера» превышал 80 миллионов долларов, у «Днепра» было более 50 миллионов, у «Металлиста» — 40-45. По словам Игоря Суркиса, у «Динамо» бюджет был около 60 миллионов долларов, и это без трансферов.

«Бывало и больше. Когда Блохину покупали игроков (летом 2013 года, — ред.), мы миллионов на 60-70 купили футболистов за одно только трансферное окно», — вспоминал президент киевского клуба.

Да что там говорить, если у киевского «Арсенала», которым владел Вадим Рабинович, бюджет был 12 миллионов долларов.

Благодаря таким бюджетам игроки вовсе не топовых команд могли рассчитывать на 8-15 тысяч долларов зарплаты в месяц. Тогдашние гранды — «Динамо», «Днепр», «Шахтер» и «Металлист» — платили в среднем 20-30 тысяч долларов.

Это позволяло привлекать квалифицированных игроков, и чемпионат Украины считался серьезной силой. Да и в рейтинге ассоциаций УЕФА мы забирались на 7 место — то есть УПЛ была седьмым по силе чемпионатом Европы.

Но с началом войны экономика страны сильно упала, многим олигархам/бизнесменам стало не до футбола. Так исчезли «Днепр» Игоря Коломойского, «Говерла» Нестора Шуфрича, донецкий «Металлург» Сергея Таруты, «Металлист» Сергея Курченко, который сейчас уже по второму кругу восстанавливает Александр Ярославский.

Ну а расходы выживших клубов существенно сократились: сейчас в большинстве команд (не считая «Динамо» и «Шахтер») игроки могут рассчитывать в среднем на 2-5 тысяч долларов зарплаты.

* * *

В начале мы упомянули слова Андрея Шевченко о необходимости иметь мощный внутренний чемпионат, чтобы сборная Украины демонстрировала хорошие результаты. Но была у него и еще одна мысль.

«Чтобы конкурировать на этом уровне (слова прозвучали после матча с Англией в 1/4 финала Евро-2020, — ред.), необходимы игроки, которые выступают в топ-5 чемпионатах», — сказал Шевченко.

Мощный чемпионат у нас был, когда в нем было много олигархических денег, тогда украинским игрокам не было особого смысла ехать за границу, ведь в Украине они получали зарплаты выше рыночных. Этом способствовал еще и лимит на легионеров.

Сейчас же украинцы понемногу едут за границу: Зинченко и Ярмоленко в Англии, Малиновский и Коваленко в Италии, целый отечественный десант в Бельгии и так далее. Но пока это не похоже на какую-то отлаженную схему, когда чемпионат воспитывает молодых игроков и продает их за границу. Как, например, это делает Хорватия, имеющая сильную сборную, которая три года назад играла в финале чемпионата мира.

В то же время чемпионат Украины продолжает жить за счет тех «инвесторов», которые вернуть вложенные деньги никогда не смогут, средства богачей, которые «больны» футболом. Именно так объяснял Ахметов, почему он и Игорь Суркис тратят большие деньги на свои клубы.

Еще в 2017 году Ахметов надеялся, что Ярославский и Коломойский вернутся в футбол. И вот Ярославский, который тоже «болен» футболом, начал возрождать «Металлист», что сам Ахметов уже успел поприветствовать.

Но это уже напоминает заход на второй круг. Который, скорее всего, продлится лишь до следующего кризиса.

Павел Калашник, Громадське

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

зима
1989 грн.
659
Теги