Политический консультант Дмитрий Джангиров на своей странице в соцсети Facebook подчеркивает, что пандемия коронавируса и ценовая война на нефтяном рынке окончательно похоронили миф об экономической целесообразности разработки сланцев вообще и на Украине в частности

История поставила точку в украинской «сланцевой дискуссии».

Читая статью в «Нью-Йорк Таймс» под названием «Коронавирус может убить нашу мечту о сланцевой лихорадке», я вспомнил «сланцевые» дискуссии 2012/14 годов вокруг прихода в Украину компаний Exxon Mobil, Shell и Chevron, планировавших разработку в Харьковской, Донецкой и Львовской областях залежей сланцевого газа.

Тогда за «привлечение иностранных инвестиций» выступала весьма своеобразная коалиция из Партии регионов и патриотов-грантоедов, против был только «Украинский Выбор» во главе с Виктором Медведчуком, которого за это обвиняли сами-знаете-в-чем…

При этом главным аргументом (кроме пресловутой «энергонезависимости») сторонников «сланцевой революции» выступал следующий: «получилось в Техасе, получится и у нас!» На что Медведчук сотоварищи объясняли:

во-первых, в Украине нет таких огромных пустынных регионов, где можно применять «антиэкологические» технологии гидроразрыва без угрозы для здоровья людей;


во-вторых, «врожденная» нерентабельность добычи будет покрываться за счет украинских потребителей, — либо напрямую, либо через бюджетное субсидирование (тогда еще либерализм не до конца овладел мозгами правящего класса!).

Моя позиция в те годы была промежуточной: давайте попробуем гидроразрывы грунта на наиболее патриотичной территории Украины (выходцами откуда, собственно говоря, и были «патриоты-сланцевики»), а по результатам — посмотрим, стоит ли переносить этот успех на «несвидомый» Восток. Правда, облсоветы Галичины, почему-то провалили решения о разработке «сланцев».

Кстати, согласно проведенным под эгидой Еврокомиссии опросам, 74% населения в странах Евросоюза было обеспокоено возможной разработкой сланцевых залежей на качество окружающей среды. Наиболее обеспокоены этим были жители Франции (89%), Германии (82%), Ирландии, Люксембурга (по 81%) и Австрии (80%).

Что касается «постреволюционых лет», то к «сланцевому вопросу» возвращались изредка, исключительно в рамках риторики «энергонезависимости».

Собственно говоря, в том старом — и на сегодня de facto завершенном споре —правыми оказались Медведчук и «Украинский выбор». (Ну и отчасти — автор этих строк, как не примазаться!)

Что же касается «осинового экономического кола» в «сланцевую мечту», то здесь позвольте процитировать вышеупомянутую статью «Нью-Йорк Таймс»:

Цитата «Мечта всегда была иллюзией. (…) Разработка сланцев никогда не была финансово жизнеспособной. Американская энергетическая независимость была построена на отрасли, которая сама по себе является определением зависимости — зависимости от инвесторов, готовых вливать миллиарды и миллиарды капиталов в убыточные компании… пока они верили, что когда-нибудь прибыли станут реальными». Конец цитаты

Можно лишь добавить, что коронавирус вкупе с ценовой войной на нефтяном рынке окончательно разоблачили миф об экономической целесообразности разработки сланцев.

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

195