Украина всегда была и по сей день остается кладезем талантов. Наши артисты признаны не только внутри страны, но и далеко за ее пределами. Однако самой отрасли украинской культуры еще есть куда расти.

 

В мире материальных ценностей даже высокое искусство требует немалых затрат. И если шоу-бизнесовые круги вполне могут их себе позволить, то государственные культурные центры, как известно, не особо избалованы финансированием. Хотя последнее время подвижки в этом вопросе все же есть. Особо ощутимы они в сфере кинематографа.

 

Для того чтобы более подробно узнать о развитии украинской культуры в целом, а также о том, в каких законодательных изменениях нуждается сегодня отрасль, ForUm встретился с экс-министром культуры, генеральным директором, художественным руководителем Национального дворца искусств «Украина» Михаилом Кулыняком.

 

– Михаил Андреевич, сегодня много говорят о том, что украинская культура несколько отстает в развитии. Как вы оцениваете ситуацию? Какие сферы, на ваш взгляд, у нас более развиты, а какие нужно реанимировать?

 

– Я всегда придерживался позиции, что помогать необходимо серьезному академическому искусству. Популярная музыка – все-таки более коммерциализированная культура. И там уже все зависит от того, как исполнитель может проявить себя и как работает его команда.

 

Серьезная же академическая культура не имеет такого финансового ресурса. Но, несмотря на это, в 2013 году у нас уже состоялось два концерта Ансамбля им. Г.Веревки, последний из которых был в декабре.

 

Конечно, если сравнить шоу наших украинских исполнителей и известных российских звезд, мы пока немного отстаем. При этом у нас сформировалось понятие, что для признания украинского артиста нужно, чтобы он поехал куда-то и стал там знаменитым. И только потом мы вспоминаем, что он из Украины. Это в нашей ментальности. Сразу почему-то этот артист неинтересен, а как только где-то «засветится», сразу проявляется интерес к нему. Но, думаю, мы в скором времени все же отойдем от этого.

 

– А почему так слабо развивается украинский кинематограф? Даже если сравнивать его только с российским.

 

– Российский кинематограф начал развиваться не три года назад, как это происходит у нас. В Украине до 2010 года, к сожалению, были смешные расходы на эту отрасль: 2–5 млн грн в год. В связи с этим с нами никто не хотел иметь дело.

 

Из чего состоит кинематограф? Это собственная продукция и копродукция (совместное производство. – Ред.). По обоим показателям у нас фактически был полный ноль. Слава Богу, после обращения к нынешнему Президенту Украины произошли две важные вещи: было создано Государственное агентство Украины по вопросам кино и в десятки раз – с 5 млн до 150 млн грн – увеличено финансирование этой сферы деятельности.

 

Вместе с тем, мы имеем еще одну очень важную составляющую – это отбор фильмов. У нас система, над которой изначально очень смеялись, потом сопротивлялись ей, при которой от чиновника мало зависит вопрос, финансировать ли тот или иной фильм. То есть существует открытый пичинг (презентация кинопроекта с целью нахождения инвесторов, готовых финансировать его. – Ред.).

 

Может ли быть сразу реализован каждый из презентованных проектов? Работа над фильмом «Тот, что прошел сквозь огонь» хоть и начиналась еще в 2007 году, но он все же вышел. Сейчас на слуху фильмы «Иван – Сила», «Параджанов». Это значит, что возросло проявление копродукции. Поэтому, думаю, говорить о том, что украинский кинематограф совсем не развивается, нельзя. Думаю, в любой стране он не мог бы за три года стартовать так, чтобы быть во всех номинациях «Оскара».

 

В то же время мы видим, что у нас очень хорошо выходит короткий метр. Многие короткометражки получают награды. Думаю, мы дойдем и до ярких побед полнометражных фильмов. Самое главное, что у нас уже появляются фильмы, которые интересны, которые уже берут кинотеатры в прокат. Поэтому будем говорить так: мы в начале пути, который должен вывести нас на этот рынок в качестве хороших игроков.

 

Но откуда возьмутся деньги? Чтобы пошла цепная реакция, нужно, чтобы одна-вторая продюсерские компании сделали один-второй-третий фильм, заработали какие-то средства и вложили их снова в дело. На это необходимо время. Трех лет все-таки несколько маловато. А то, что сегодня реализуются эти нормы государственной политики и отбора фильмов, на мой взгляд, правильный толчок, который выведет наш кинематограф на эту высокую орбиту.

 

– В начале ноября возник скандал вокруг украинской группы «Океан Эльзы» (ОЭ), которую в Саратове оштрафовали за отсутствие разрешительных документов для осуществления трудовой деятельности на территории Российской Федерации. Оценивая причины случившегося, можно было услышать версии, что ситуация возникла на политическом фоне взаимоотношений России и Украины. Как вы можете это прокомментировать?

 

– Я бы не скатывался в этом вопросе к области политики. Думаю, любому событию можно придать политическую окраску, но в данном случае этого делать не стоит. У каждого государства есть свое законодательство и его необходимо выполнять. Организаторы концерта украинской группы должны были обеспечить выполнение законов Российской Федерации в части «рабочих виз» для проведения выступления, но не сделали этого. Мы знаем, что, например, у народной артистки Украины Таисии Повалий есть такая виза, которую она получила без каких-либо трудностей. Поэтому думаю, что не было бы сложностей в получении данного документа и у «Океана Эльзы». Это не компетенция Министерства культуры России, это компетенция ее миграционной службы. И в первую очередь – это зона ответственности организаторов концерта. Соответственно, здесь, мягко говоря, именно их недоработка. Думаю, что это будет наукой для всех остальных: и организаторов, и самих украинских исполнителей.

 

– По какой схеме сегодня осуществляется гастрольная деятельность зарубежных артистов в Украине? Какими нормативными документами это регулируется?

 

– После обращения организатора относительно аренды зала для проведения концерта какого-либо исполнителя Национальный дворец искусств «Украина» подписывает с ним соглашение. В документе четко указывается, что ответственность за соблюдение этим артистом законодательства Украины возлагается на организатора. Мы на себя берем ответственность за качественное предоставление услуг: зал, звук, свет, инфраструктура.

 

– Но все-таки, контролирует ли эту деятельность профильное министерство?

 

– Абсолютно нет. Разрешения на проведение мероприятий у нас выдают органы местного самоуправления.

 

 

– В свое время наличие так называемых «рабочих виз» было обязательным условием работы гастролирующих артистов и в нашей стране, но в 2010 году эта норма была отменена. После ситуации с «ОЭ» в Министерстве культуры Украины заявили, что мы снова можем вернуться к практике получения свидетельства о проведении гастрольного мероприятия. Как вы оцениваете такую ​​инициативу?

 

– Вопрос о том, необходимо ли Украине возвращаться к былой практике, на мой взгляд, необходимо решать в экспертном кругу: представителей миграционной службы, Минкультуры, самих исполнителей, продюсеров и организаторов концертов. Есть и другая точка соприкосновения – паритетность. На основе паритета живет весь мир. Иными словами, если вводится какая-то норма в одной стране, то подобное может быть введено и в другой.

 

Мне после произошедшей с украинским коллективом ситуации звонили некоторые журналисты и в контексте вопросов говорили: давайте что-то придумаем, чтобы им (российской стороне. – Ред.) отомстить. На мой взгляд, здесь никому мстить не нужно. Рассмотрение вопроса возобновления системы «рабочих виз» – это наше решение, которое должно основываться на двух составляющих: мнении экспертов и принципе паритетности.

 

– Какой эффект от введения «рабочих виз» для гастролирующих артистов?

 

– У нас сегодня есть разрешения на проведение самих концертов. Там организатор указывает, кто выступает и с каким репертуаром. Украина отказалась от визового режима со многими странами. С той же Россией у нас безвизовый режим, но «рабочие визы» существуют. На мой взгляд, если подобная практика будет введена и у нас, это позволит осуществлять мониторинг концертной деятельности в стране, а также усилит внимание к ней со стороны государства.

 

– Год назад Минкультуры пыталось рассмотреть вопрос относительно введения новых правил для артистов, но, как писали СМИ, продюсерское лобби тогда заблокировало этот процесс. Мол, подобные вещи могут вызвать увеличение бюджетов гастрольных проектов и, соответственно, повысится стоимость билетов. Как вы можете прокомментировать это?

 

– Единственное,за что переживают организаторы – это то, что об их общем валовом доходе будет знать больше людей, чем они бы этого хотели. В этом была основная проблема того, что они устроили обструкцию законопроекту о гастрольных мероприятиях в Украине. Все остальное не имеет под собой никаких аргументов. Приведу простой пример: до разработки законопроекта налог за проведение концерта со всех исполнителей составлял 3%. Согласно новому документу, для украинских исполнителей он должен был составить 1%, для зарубежных – остаться на том же уровне. Если взять полностью заполненный средний зал вместимостью 1000 человек, а билет на концерт в среднем будет стоить 200 грн, то валовой доход составит 200000 грн. При налоге в 1% украинскому артисту нужно было бы заплатить 2000 грн. Думаю, что это не может сильно повысить стоимость билетов. А такая нехитрая арифметика показывает, что это абсолютно не било по карману звезд. В то время как рассказывали, что шоу-бизнес в результате таких новаций зайдет в тень и т.д.

 

Помимо этого, в тексте законопроекта также прописывалось, что если украинского исполнителя пригласили дать концерт, например, в ту же Россию – а проживание в отеле и билеты сейчас дорогие, – то артист имел бы право обратиться в специальную комиссию и попросить на это средства. Думаю, это выгодно. Я уже не говорю о театральных труппах, которые сегодня фактически не имеют возможности гастролировать, так как сами не зарабатывают на это. А средняя стоимость их гастролей даже по Украине обходится где-то в 50 тыс. грн. Когда разрабатывался этот законопроект, просчитывали, что при существующем количестве концертов, которые проводятся сегодня в стране, он мог дать около 50 – 60 млн грн. Соответственно, у нас бы сразу усилилось гастрольное движение по Украине. Думаю, что в ближайшее время министерство вернется к этому законопроекту, и он будет принят.

 

 

– На каких условиях сегодня НДИ «Украина» работает с отечественными исполнителями?

 

– Мы выступаем соорганизаторами их концертов. То есть им не нужно сразу платить деньги за аренду зала. Обычно же организатор должен оплачивать стоимость всех услуг наперед. Большинство украинских артистов не имеют такой возможности. Поэтому мы вместе готовим концерт, оцениваем расходы, продаем билеты. По окончании артист получает свой гонорар, а мы возвращаем себе все затраты.

 

– А сколько стоит арендовать главную концертную площадку страны?

 

– Базовая стоимость аренды зала – 190 000 грн.

 

– Насколько сложно сегодня пригласить мировых исполнителей для выступления в Украину?

 

– В первую очередь, необходимо согласовать график, так как у мировых звезд он распланирован фактически на год вперед. Когда уже есть какая-то предварительная договоренность о дате, начинается обсуждение условий: технического, бытового райдеров, гонорарной части. Бывает так, что мы просто экономически не можем потянуть концерт какой-то звезды.

 

Но сейчас в Украину едут звезды разного уровня. С этим проблем нет. Существуют сложности как раз в том, чтобы правильно организовать данный процесс. Потому что, по большому счету, должны остаться в плюсе все: и площадка, и организаторы, и артисты.

 

– Звезды мирового масштаба более привередливы?

 

– Я бы так не сказал. Они четко соблюдают все условия контракта и даже несколько скромны.

 

 

– СМИ неоднократно писали о том, что случались неприятные ситуации, когда на одно место в зале Дворца «Украина» приходилось по несколько зрителей. Как разрешили эту проблему?

 

– Да, у нас были случаи, когда на один концерт приходилось по 5-7 видов билетов, и это, конечно, неправильно. Сегодня у нас единый билет Дворца «Украина», на котором есть штрих-код. Зрители проходят в зал, приложив билет к одному из сканеров, которые стоят на входе в Национальный дворец искусств. Это не наше ноу-хау. Это европейская и мировая практика.

 

– В сентябре ряд стран отказались от участия в «Евровидении-2014», сославшись на экономические причины. Нужно ли Украине продолжать принимать участие в этом конкурсе?

 

– Это не является огромной нагрузкой на бюджет страны, так как основная затратная часть – реклама, костюмы, клип – оплачивается спонсором, которого ищет сам исполнитель. Учитывая таланты наших артистов, я считаю, что это хорошая возможность заявить о себе.

 

ForUm

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

3349