Народные депутаты в четверг, 22 марта, поддержали решение регламентного комитета Верховной Рады о лишении депутатской неприкосновенности своей коллеги Надежды Савченко для привлечения к уголовной ответственности по подозрению в попытке организации «вооруженного государственного переворота методом террора», а также дали добро Генеральной прокуратуре на ее задержание и арест. Примечательно, что произошло это день в день (с разницей в два года), когда Донецкий суд Ростовской области РФ приговорил Савченко к 22 годам лишения свободы в колонии общего режима, после чего Украина через пару месяцев сумела ее обменять на двоих россиян, ГРУшиков Евгения Ерофеева и Александра Александрова. Ступив босыми ногами на украинскую землю, Савченко выступила с первой речью, ключевым посылом которой можно назвать ее фразу - «Не дайте мне скурвиться».

 

 

Но через два года под короткой биографией в качестве народного депутата, избранного заочно, Героя Украины и орденоносца (Савченко получила это звание и орден «Золотая Звезда» «за проявленное мужество» в мае 2016-го) можно поставить жирную финальную точку. Причем для такого итога Савченко, ее кураторы и спичрайтеры сделали все сами. Чего только стоят манипуляции во время ее выступления в парламенте 22 марта. «Щас всретеся!» - обратилась она к коллегам с трибуны Верховной Рады. «Положить вам мандат и уйти из политики, чтобы вы были счастливы или отказаться от Звезды Героя, как многие хотят? Люди, которые меня поддерживают, говорят: не отдавай Звезду. Но они поймут, если я отдам на растерзание тем, кто будет потом порохоботить. А если я отдам, те, кто порохоботит, все равно будут лить дерьмо. Поэтому вопрос: стоит ли мне изменять народу Украины, отдавая Звезду Героя Украины? Нет, не предам. Это звание дается нелегко. Это звание дается кровью. Я доказывала, что являюсь Героем Украины в московских тюрьмах», - сказала Савченко.

Правда, еще неделю назад в одном из телеэфиров она же заявляла, что с удовольствием вернет президенту Петру Порошенко орден «Золотая Звезда». А не может это сделать только потому, что к нему «не так легко попасть». Развенчание кумира Надежды Савченко началось задолго до сегодняшнего дня. Глупости вроде ношения «гетьманской» папахи, заявления «о гражданском конфликте» в стиле лучших российских пропагандистов – только отдельные, самые «безобидные» вехи в этом процессе.

Немного пообтесавшись в парламенте, уже через восемь месяцев после освобождения из российских застенков, в декабре 2016 года, она провела встречи в Минске с главарями «ДНР» и «ЛНР» после чего опубликовала конфиденциальную информацию о пленных, а еще через месяц – поехала на неподконтрольную Украине территорию в Донецкой области, чтобы, по ее же словам, «сознательно пойти на риск своей жизнью» и посетить украинцев в колонии в Макеевке (что в последствии создало проблемы для украинских правозащитных институтов, которым террористы, в ответ на запросы о посещении украинских заложников, отвечали в стиле: «от Украины уже Савченко с ними общалась»). Вся эта бравада, правда, не вызвала понимания у общества. Главным вопросом, которым задались обыватели, стало простое «зачем?». Зачем было прилагать столько усилий для освобождения именно Савченко (учитывая, что в российском плену находилась далеко не она одна) и менять ее на двоих российских ГРУшников, если новоиспеченный народный депутат так пренебрежительно относится к обретенной свободе?.. Ведь весь длительный судебный процесс в России, сотни часов переговоров в формате Нормандской четверки, уступки, на которые готова была идти Украина, чтобы поддержать «своих», кто находился в российских СИЗО и тюрьмах, а также «на подвале» у пророссийских боевиков, напрочь перечеркивался тягой Надежды к роли жертвы и славе. Зимой 2017 года, когда она, никого не уведомив о своих «планах», отправилась «решать вопросы» на оккупированные территории, никто бы не дал гарантий, что народный депутат, с такими усилиями «отбитый» у Кремля, снова не окажется в российском плену. «Она по закону не должна этого делать, но это простая человеческая логика», - заявлял тогда руководитель аппарата главы СБУ Александр Ткачук. А то, что с логикой Надежда не дружит, впоследствии она доказала еще не раз. Одним из самых ярких ее заявлений стало сообщение, что лидеры сепаратистов на Донбассе Александр Захарченко и Игорь Плотницкий (тогда его еще не «низвергли» с жирного места главаря «ЛНР») не террористы: «Для меня Захарченко и Плотницкий не террористы... Нужно открыть военный устав, правила ведения войны, и почитать, что такое терроризм… Они, как и мы на Майдане, воюют против власти. Мы воевали против Януковича, а они воюют против власти Порошенко».

 

 

Возвращаясь к тайным переговорам с главарями «ДНР» и «ЛНР» в декабре 2016-го, отметим, что они привели к исключению Савченко из парламентской фракции «Батькивщина» (кстати, нельзя исключать, что, не будь она первым списком партии на парламентских выборах 2014 года, этой фракции в Раде могло бы и не быть), из украинской делегации в Парламентской ассамблее Совета Европы (ПАСЕ), в которую была включена, еще находясь под российским следствием, а в кулуарах Рады заговорили о необходимости исключить ее из парламентского комитета по вопросам национальной безопасности и обороны.  Дело в том, что, как член этого комитета, Савченко имела допуск к государственной тайне и участвовала в заседаниях, на которых рассматривалась секретная информация. В частности, которая касается сдерживания военной агрессии России против Украины, обеспечения Вооруженных сил Украины вооружением и военной техникой, планирования и проведения военных учений и тому подобное. «Минский формат встреч включает в себя переговоры трех сторон – Украина, Россия и ОБСЕ. Представители так называемых «ДНР» и «ЛНР» участвуют в этом процессе лишь по приглашению ОБСЕ. Такие действия Савченко выходят за пределы ее полномочий как народного депутата Украины, члена Комитета по вопросам национальной безопасности и обороны и не соответствуют требованиям действующего законодательства Украины», – говорилось в пояснительной записке к проекту постановления, которым Савченко должна была лишиться членства в комитете.  

Депутаты, зарегистрировавшие документ, отметили, что во время указанных и возможных будущих встреч с представителями незаконно созданных организаций, которые потенциально могут быть связаны с ФСБ РФ, Савченко могла или может сообщить им секретную информацию, которой она владеет. «Следовательно, соответствующее деяние в соответствии со статьей 111 Уголовного кодекса Украины признается государственной изменой, а именно умышленно совершенное гражданином Украины во вред суверенитету, территориальной целостности и неприкосновенности, обороноспособности, государственной, экономической или информационной безопасности Украины, переход на сторону врага в условиях военного положения или в период вооруженного конфликта, шпионаж, предоставление иностранному государству, иностранной организации или их представителям помощи в проведении подрывной деятельности против Украины», – говорилось в проекте постановления. К сожалению, два года назад ему не суждено было стать реальностью. Савченко лишили членства в комитете только несколько дней назад. Сколько тайн она успела сообщить противнику за это время, остается только гадать. Еще одним крайне неприятным аспектом деятельности народного депутата за эти два года стало ее вмешательство в вышеупомянутую тему освобождения пленных. Своими хаотичными действиями и «переговорами» с российскими марионетками из «ДНР» и «ЛНР» Савченко только мешала утверждению Трехсторонней гуманитарной группой переговорщиков в Минске конечного списка для обмена. Так, постоянно обвиняя власть в ничегонеделании в теме освобождения украинцев, сама Савченко, якшаясь с оккупантами, раз за разом демонстрировала списки, не совпадающие с уже утвержденными в Минске. При этом Савченко заявляла, что в официальных списках Киева, которые находятся у Ирины Геращенко, гораздо меньше человек, чем на самом деле. В результате, процесс «согласования списков» снова и снова начинался заново. Помогало ли это быстрее освободить украинских заложников? Риторический вопрос. Апофеоз деятельности Надежды Савченко украинцы могли наблюдать сегодня в Верховной Раде, где ГПУ представила записи переговоров Савченко с руководителем «Офицерского корпуса» Владимиром Рубаном, который сейчас находится под следствием, и офицерами ВСУ, которые должны были стать исполнителями кровавого «переворота». Несколько цитат Савченко: «Я предлагаю переворот. Их надо убрать физически, всех и сразу, за один день», «Меня меньше всего интересует правительственный квартал, меня больше интересуют их жилища», «Надо сделать так, чтобы им некуда было возвращаться», «Еще, просьба Турчинова им лично отдать… Я говорю: проще нам самим с ним разобраться… Это была личная просьба этого, Захара, за войну на Донбассе и за все остальное, за его приказы»…

Собственно, Савченко не стала отрицать, что такие «переговоры» вела. Но попыталась убедить и коллег по парламенту, и украинцев, что это была некая ее собственная «спецоперация». Мол, покупала оружие на оккупированных территориях, чтобы узнать, откуда оно поступает к боевикам. А разговоры о «перевороте» вела с военными якобы с целью напугать власть. «Очень важно было завозить оружие и произносить власти, что оно может выстрелить против них. Я делала политическую провокацию», - сказала она. Провокация «удалась» на все сто процентов.

По словам аналитика Центра исследований проблем гражданского общества Марии Кучеренко, самое страшное, что уже начались высказывания «и как их после этого вытаскивать» в адрес других украинских пленных. «Но проблема заключается в том, что узников Кремля нужно вытаскивать всех. Так или иначе. Какими бы они ни были людьми и какие бы трансформации ни претерпевали их взгляды. Правомерность насильственного удержания граждан Украины в РФ не измеряется тем, хорошие они или плохие», - подчеркнула она и добавила, что не следует равнять всех под одну гребенку «из-за неадекватного поведения одного человека». Но главная проблема – как оценить, сколько еще таких савченко и рубанов в украинском парламенте? И есть ли у «новореволюционеров» ответ на вопрос, что делать дальше – в политическом и экономическом плане – после того, как удастся выполнить пункт «всех убить»? Кто и как организует управление страной и в Киеве, и на местах? Что будет с фронтом и по какой «линии разграничения» он будет проходить? Правда, депутатам и обитателям улицы Банковой тоже не лишним было бы задуматься: о том, кто из нынешних соратников или противников может в любой момент стать новым проектом Путина в Украине, что случится, если эти люди придут к власти на ближайших выборах, и можно ли это как-то предупредить, не скатываясь в диктатуру. Популизм, который был для Савченко социальным лифтом в рамках традиции очаровывать избирателей яркими именами и «иконами», - в свою очередь, сыграл злую шутку с украинским политическим истеблишментом. Пора с ним заканчивать.

 

Татьяна Урбанская, ForUm

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

501