Министры обороны стран НАТО проверяют, как проходит «улучшение присутствия на передовой» - доставку контингента на Восток, чтобы успокоить своих союзников и сдержать любые движения России на Запад.

НАТО уже отправило четыре батальонные группы: одну в Польшу и по одной в каждую из Балтийских стран.

Соединенные Штаты также решили вернуть свои части с тяжелой техникой в ​​Западную Европу.

Все это вызвано шокирующим захватом и аннексией Россией Крыма и ее поддержкой повстанческих групп на востоке Украины.

Если Россия смогла подорвать безопасное устройство, установленное в Европе после холодной войны, и отделить часть Украины (а перед этим - Грузии), то есть тревога, что следующими станут балтийские республики, также является территорией бывшего Советского Союза.

Россия утверждает, что проводит развертывание своих сил в ответ на упомянутые действия НАТО.

Но реальность на самом деле сложнее.

Я разговаривал с несколькими ведущими западными экспертами в вопросах российской армии, чтобы понять, что стоит за модернизацией ее вооруженных сил, и как и кому она может угрожать.

«Россия хочет, чтобы мы думали, что ее нынешняя милитаризация и подготовка к конфликту является ответом на такие же действия НАТО. Но это просто неправда», - говорит директор Центра изучения конфликтов, британский обозреватель по вопросам российской армии Кайр Галес.

«Чрезвычайно дорогая российская программа по реорганизации и перевооружения была полностью запущена еще до конфликта в Украине, когда страны НАТО сворачивали свои армии», - говорит он.

«Еще в 2013 году Соединенные Штаты забрали всю свою бронетехнику из Европы – пока Россия вкладывала миллиарды в развитие своих сил», - добавил он.

 

Аналитик Дмитрий Горенбург из Гарвардского университета отмечает, что российская программа модернизации армии началась в 2009 году. По его словам, это была реакция на недостатки военной кампании против Грузии.

Он говорит, что акцент при этом делался на «ускорении принятия решений и лучшей коммуникации в армии, а также слаженности различных видов войск, сопровождавшееся заменой советской техники, которая уже исчерпывала сроки своей эксплуатации».

Результаты этого существенны.

По данным Мишеля Кофмана из Института Кеннана при Центре Видро Уилсона, «до 2012 года Россия реорганизовал свои вооруженные силы с советской армии, которая формировалась за счет мобилизованных в силу, что действует постоянно, и начала развивать ее качество по всем направлениям».

И все это сопровождалось постоянными проверками боеготовности и бесконечными военными учениями.

В итоге «до 2014 года российская армия стала значительно лучше по сравнению с ее не самыми лучшими действиями во время российско-грузинской войны в 2008 году», добавляет эксперт.

Все аналитики, с которыми я разговаривал, отмечают, что в фокусе действий России изначально была Украина, не Балтийские страны.

Война в Украине поставила перед российской армией новые требования, в частности проблему постоянно развернутых частей на границах и проблемы с дислокацией вооруженных сил, отмечает Кауфман.

«Российская армия все еще находится в состоянии перестройки», - добавляет он.

В средне и долгосрочной перспективе войны с Украиной, продолжает эксперт, Россия «в течение трех лет перемещала подразделения вокруг Украины, создавала новые дивизии, перебазировала несколько бригад и создала полностью новую общевойсковую армию».

 

«Главное намерение – чтобы российские наземные войска могли действовать через границу в случаях, когда нужно поддерживать союзников на Донбассе, вторгаться с нескольких направлений или просто показать Киеву, что он не сможет быстро захватить сепаратистские регионы силой», - говорит эксперт.

Сейчас Украина может быть главным стратегическим вопросом российского генштаба. Но, как отмечает Кейр Гиллес, «Россия развивает свою военную инфраструктуру по всей своей западной периферии – не только у Украины, но и у Беларуси, Балтийских стран и даже Финляндии».

«Реорганизация там была направлена ​​на то, чтобы доставлять боевые части к западным границам настолько быстро, как только это возможно», - добавляет Кейр Гиллес.

Сюда же можно включить и развитие мощных транспортных подразделений, чтобы уменьшить традиционную зависимость от железной дороги при доставке бронетехники на операционный пространство.

«Это дало им (россиянам, - ред.) значительно больше гибкости для действий в регионах с развитыми сетями дорог – преимущественно на западе России, включая границами западных соседей», - объясняет эксперт.

Но не была ли чрезмерной реакция некоторых стран НАТО на российскую угрозу – с учетом того, что главной заботой Москвы является Украина?

Вовсе нет, отвечает Кейр Гиллес. Напротив  проблема в том, что НАТО отреагировало недостаточно.

«Прямая военная угроза от России и подтверждение его желания использовать вооруженные силы против соседей, за несколькими исключениями, не привело к тому, что европейские страны озаботились защитой», - утверждает Гиллес.

Он добавляет – то, что многие страны НАТО не выполняют даже символические требования о направлении 2% ВВП на оборону, не говоря уже о срочном создании сил быстрого реагирования в ответ на действия России, «свидетельствует о неготовности признавать политически неудобную реальность».

А эта реальность, по словам Мишеля Кофмана, ничто иное как трансформация российских войск: «Реформирование, модернизация и полученный в Украине и Сирии боевой опыт будут иметь долговременный эффект на армию».

«Россия может доставлять мощные силы куда-либо к своим границам, превосходя любую из бывших советских республик. А с точки зрения ее ядерного потенциала, она не только сравнялась с Соединенными Штатами, но и фактически опередила их в модернизации и инвестициях в тактическое ядерное вооружение», - утверждает эксперт.

«Сейчас российские силы могут нанести значительный урон даже более развитому технологически противнику, такому как НАТО, в случае открытого конфликта – то есть, столкновения будет кровавым для обеих сторон», - прогнозирует Мишель Кауфман.

Это нежелательная ситуация. Тем не менее, как считает Дмитрий Горенбург, «российская армия вообще не достигнет такой же силы, как армия США или НАТО".

 

Главным локальным преимуществом России является ее боеготовность, расположение и возможность быстро открывать мощный огонь. Но НАТО нужно принимать во внимание все угрозы в перспективе.

«Россия – мощная евразийская сила, которая имеет существенную огневую мощь, но ее мощность самая сильная, когда конфликт происходит возле нее», - отмечает Мишель Кауфман.

Бюджет НАТО на оборону и разработки все же больше по сравнению с Россией, как и базовая способность Альянса наращивать силы и оснащать их в условиях длительного конфликта.

«Суть в том, что хотя и НАТО беспокоится относителньо кратковременного конфликта с Россией, это все же самый мощный в мире военный альянс, в основе которого лежит чрезвычайная военная мощь, и существенный конфликт, вероятно, закончится ужасно для Москвы», - считает Кауфман.

Российская армия просто не имеет структуры для того, чтобы удерживать значительные территории или наращивать силы для длительного конфликта.

НАТО, впрочем, по мнению экспертов, надо быть готовым, чтобы восстановить свои возможности для ведения высокоинтенсивных боев – те навыки, которые атрофировались во время антиповстанческих кампаний в Ираке и Афганистане.

Эксперты также пришли к соглашению, что Украина стала тревожным звоночком.

Впрочем, агрессивность России не надо путать с желанием осуществить именно военное нападение на Запад.

На самом деле, непосредственная угроза России может исходить от ее информационной войны и киберкампаний против Запада.

Это тот бой, который уже идет. И к которому Запад так же плохо подготовлен.

Джонатан Маркус, ForUm

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время

543