Специалисты утверждают, что новому главе Нацбанка придется перенять опыт предшественников для вывода банковской системы Украины из коллапса

Смена главы Национального банка Украины в середине июня была ожидаемой: после погрома, который устроил в стенах основного финансового регулятора страны Степан Кубив меньше чем за четыре месяца своего правления (это, кстати, рекордно короткий срок пребывания в должности председателя Нацбанка), только что избранному президенту следовало срочно избавиться от такого менеджера. У назначенной вместе Степана Кубива главой Нацбанка Валерии Гонтаревой есть шанс все исправить. Но для этого придется не только отказаться от методов, которыми пользовался Степан Кубив, но и обратиться к опыту его предшественника – Сергея Арбузова, возглавлявшего Нацбанк в 2012-2013 годах.

Прекратить девальвацию

Едва ли не главным из «достижений» Степана Кубива на посту главы Нацбанка стала глубочайшая девальвация гривны. Национальная валюта потеряла половину своей стоимости и третий месяц торгуется около отметки 12 грн за доллар. Не помогли и масштабные вливания в Украину финансовой помощи, на которые рассчитывал Степан Кубив: не раз в марте-апреле он увещевал публику, что нужно только подождать, когда в страну придут обещанные Западом миллиарды долларов и евро и гривна подорожает до 10-11 грн за доллар. В мае-июне в страну действительно поступило международной помощи более чем на $5 млрд, но на курсе это не сказалось вообще никак.

Украине рано или поздно пришлось бы постепенно ослаблять контроль над курсом гривны, признавал в интервью газете «Капитал» экс-председатель НБУ Сергей Арбузов. Однако это было сделано не вовремя и слишком быстро, что стало шоком для экономики. Подорожавший из-за отмены всех возможных скидок российский газ стал стоить еще в полтора раза дороже только из-за девальвации. Это означало неминуемое повышение тарифов на коммунальные услуги и стоимости газа для населения, а также остановку многих предприятий, работа которых при таких ценах на газ нерентабельна. Подорожал и весь импорт: одежда, обувь, электроника, бытовая техника и многие продукты питания.

Ввести гибкий курс гривны предлагал Международный валютный фонд (МВФ), но Степан Кубив сделал даже то, о чем его не просили. Сразу после вступления в должность он заявил, что НБУ не потратит ни копейки золотовалютных резервов для коррекции курса, и свое обещание сдержал. Более того, бесконтрольно выдавая банкам десятки миллиардов гривен якобы на поддержание их финансового состояния, НБУ практически не следил за тем, как расходуются эти деньги. Банкиры же поступали просто: покупали на полученные средства валюту, зарабатывая на росте ее стоимости. Доллар стремительно дорожал, ведь спрос на него постоянно возрастал, а количество валюты в стране было ограниченным.

Такое самоустранение Нацбанка с валютного рынка абсолютно неоправданно. Именно НБУ должен определять правила игры на этом рынке и может существенно влиять на поведение валютных курсов. Так, как он это делал до Степана Кубива. Например, в 2011-2012 году, когда председателем НБУ был Сергей Арбузов, а также в 2013 году, когда Нацбанк возглавил Игорь Соркин, продолживший политику его предшественника, стоимость национальной валюты колебалась на уровне 8-8,2 грн даже в самые тяжелые моменты, когда население бросалось сметать валюту перед очередными выборами.

Жесткая привязка к доллару была необходима, поскольку экономика Украины попросту не была готова к введению гибкого обменного курса, рассказывал Сергей Арбузов в интервью «Капиталу». Тогда у НБУ было понимание, что резкое обесценивание национальной валюты привело бы к различным отрицательным эффектам. Во-первых, к повышению стоимости сырья и энергоресурсов, а это критично важно для ключевых в экономике страны металлургической и химической отраслей. Многие предприятия оказались бы нерентабельными и были бы вынуждены закрыться, что и происходит сейчас. Во-вторых, из-за того, что стоимость обслуживания валютных долгов стала бы запредельной. Именно поэтому сейчас Нацбанк и правительство вынуждены обсуждать варианты конвертации валютных кредитов, взятых гражданами еще в благополучные докризисные времена, в гривневые – выплачивать резко подорожавшую ипотеку и другие кредиты многим гражданам (а таковых, по словам вкладчиков-активистов, около 4 млн по всей стране) просто не по силам. Также страдают и многие предприятия, занимавшие деньги в валюте, что грозит массовыми банкротствами и дальнейшим ухудшением состояния украинской экономики.

Наконец, нельзя было резко отпускать гривну из-за того, что население, испуганное резкими движениями на валютном рынке, начнет выносить из банков вклады на десятки миллиардов гривен, рассказывал Сергей Арбузов. Ровно это и произошло в этом году: за первые пять месяцев вклады банков уменьшились на 20%, поставив банковскую систему на грань выживания.

Валерии Гонтаревой стоит прислушаться к словам Сергея Арбузова. Очевидно, что гривна уже не поднимется до уровня 8 грн за доллар, однако Нацбанку важно не допустить дальнейшего обесценивания украинской валюты. Это же советует и творец грузинского экономического чуда Каха Бендукидзе, назначенный месяц назад советником Петра Порошенко. По его словам, в мире очень мало стран, способных вести самостоятельную валютную политику, большинство же государств, причем даже таких мощных, как Китай, просто привязывают свою валюту к доллару. Даже те страны, которые провозглашают свободное курсообразование, в ряде ситуаций отступают от этого правила. Так сделала Россия, год назад объявившая, что ее Центробанк практически не будет вмешиваться в работу валютного рынка. Но нынешней зимой, когда рубль начал тонуть, ЦБ потратил около $70 млрд, чтобы стабилизировать курс. Мировой опыт показывает, что это более эффективная и полезная для экономики страны политика, чем полное устранение от контроля над валютным курсом.

И уж тем более новому председателю стоит прекратить бесконтрольно выдавать банкам десятки миллиардов рефинансирования. Вред такого поведения НБУ признал даже премьер Арсений Яценюк.

«Чем больше Нацбанк дает рефинансирование, тем больше давление на рынок, тем больше может выскочить курс», – заявил он в мае этого года.

Если опять обратиться к опыту Сергея Арбузова, можно увидеть, что в то время, когда он руководил Нацбанком, объемы рефинансирования увеличились почти в двадцать раз. Если в 2010 году НБУ выдал банкам только 5,2 млрд грн, то уже в 2012 году – 97,6 млрд грн. Однако использование этих денег было ограничено весьма жесткими правилами, выполнение которых Нацбанк строго контролировал. Поэтому даже такое резкое наращивание поддержки банковской системы никак не сказалось на курсе.

Прекратить «кошмарить» банки

Валерии Гонтаревой, которая сама долгое время работала в коммерческих банках, хорошо известны проблемы, с которыми сталкиваются финансовые учреждения. Одно из ключевых условий надежной работы банковской системы, на которую опирается вся финансовая система страны и без которой невозможны ни расчеты между предприятиями, ни инвестиции, ни выплаты зарплат и пенсий, ни накопления, ни получение кредитов – это доверие банков друг к другу. Без этого банки перестают кредитовать друг друга, проводить платежи и т. д. – ведь никому не известно, какой банк рухнет завтра, поэтому лучше всего посидеть на тех деньгах, что есть, и ничего не делать. Именно испарившееся доверие между банками едва не парализовало американскую банковскую систему в 2008-м году, что и вылилось в мировой финансовый кризис.

Увы, во времена хозяйствования Степана Кубива этого доверия не стало. При Кубиве началась «охота на ведьм» – поиск «конвертационных центров», «налоговых ям», «спекулянтов», просто преследование банков, связанных с людьми, работавшими с бывшим президентом или имевшими отношение к Партии регионов. Никто из банкиров не мог быть уверен, что сегодня не придут с обысками к нему или к кому-то из банков-партнеров, что НБУ не объявит «проблемным» тот или иной банк.

Всего за пять месяцев этого года НБУ ввел временные администрации в десяток банков, причем в нескольких крупных, таких как банк «Форум» Вадима Новинского, видного «регионала», или «Брокбизнесбанк», крупным совладельцем которого был считающийся близким к «семье» экс-президента Виктора Януковича Сергея Курченко. Перестали работать банки, совместно владевшие активами на 40 млрд грн, где украинцы держали на депозитах миллиарды гривен. В результате Нацбанк был вынужден выделить Фонду гарантирования вкладов кредит более чем на 4 млрд грн – в фонде попросту закончились деньги для расплаты с вкладчиками.

Разумеется, банкротство банков – это совершенно нормальная ситуация в любой стране. Нацбанк вводил временные администрации и ликвидировал банки и при Сергее Арбузове, и при Игоре Соркине, и при их предшественниках. Но Арбузов и Соркин никогда не устраивали массовой облавы на банки, что приводило бы к истощению Фонда гарантирования вкладов. «Проблемные» банки вычищались тихо и постепенно. Так, в 2012 годах были закрыты довольно крупные «Эрдэ банк» и банк «Таврика», но никакой паники на банковском рынке это не вызвало.

Наконец, Кубив начал регулярно выступать с заявлениями о том, что под подозрением находится столько-то банков, у стольких-то могут отнять лицензию, сколько-то отключили от валютного рынка и так далее. При этом никогда не назывались ни названия банков, ни фамилии их владельцев и акционеров. Все это нагнетало страх: никто не понимал, когда, кого и за что наказали или могут наказать. Складывалось впечатление, что попасть под санкции можно всего лишь за критику действий руководства Нацбанка.

Постепенное очищение банковской системы во времена Арбузова шло вместе с расширением инструментов помощи банкам, попавшим в сложную ситуацию. Как уже говорилось выше, почти в 20 раз был увеличен размер выдаваемых стабилизационных кредитов, а максимальный срок, на который они выдавались, был увеличен с 450 дней до 5 лет. Это позволило банкам без лишней спешки разработать программу по нормализации своей работы с реальными сроками. Такая работа позволила постепенно сокращать долю «плохих активов», то есть кредитов, по которым перестали платить заемщики. Если на 1 января 2011 года доля просроченной задолженности по кредитам в общей сумме кредитов составляла 11,2%, то на 1 января 2012 года она снизилась до 9,6%, а на 1 января 2013 года – до 8,9%. К началу этого года она сократилась до 7,7%, но всего за пять месяцев вновь выросла – до 10,1%. В результате банковская система Украины по итогам января-мая 2014 года получила 10,4 млрд грн убытка, в то время как за аналогичный период прошлого года прибыль банковской системы составила 1,1 млрд грн, признавал сам НБУ.

Выходит, что налет Кубива на банки не только не дал никакого положительного эффекта, но и подействовал ровно наоборот. Валерии Гонтаревой явно стоит отказаться от такой практики «революционных налетов» и вести более разумную и аккуратную политику на банковском рынке, какую ранее вел Сергей Арбузов.

Пора повысить доверие населения к банкам

Одним из системных направлений работы Нацбанка при Арбузове стало выведение денег из наличного оборота и привлечение их в финансовый сектор страны, в частности, банковскую систему. Параллельно велась работа по дедолларизации экономики Украины, поскольку объем наличной валюты на руках у населения, которое то хранит у себя дома, достигает десятков миллиардов. Причем эти деньги никак не участвуют экономическом обороте, а страна лишается огромного инвестиционного ресурса.

За два десятка лет независимости Украины граждане страны потеряли доверие и к национальной валюте и к финансовой системе в целом, предпочитая все имеющиеся деньги или хранить дома, или переводить их в доллары и евро. Чтобы побороть этот недуг, Нацбанк увеличил резервирование для валютных вкладов, сделав их менее привлекательными по сравнению с гривневыми, предписал платежным системам выдавать получателям отправленных в валюте платежей причитающуюся сумму в гривнах, разработал вместе с Минфином систему продажи валютных казначейских облигаций, начал стимулировать покупку золотых и серебряных инвестиционных монет. Со своей стороны, правительство также работало в этом направлении: с подачи Нацбанка оно усилило штрафы для торговцев, которые отказывались исполнять требование законодательства и ставить POS-терминалы для приема пластиковых карт, что немедленно возымело действие. Кроме того, до 150 000 грн была ограничена максимальная сумма сделок, которые можно было оплатить наличными.

Все это позволило добиться быстрого роста гривневых депозитов при одновременном сокращении долларовых. Так, в 2011 году общая сумма депозитов, размещенных в украинских банках, выросла на 17,6%, а в 2012 году – на 15,8%. Все это позволило обеспечить финансовую систему страны необходимым финансовым ресурсом. В результате быстро росло и кредитование украинских предприятий: за 2011-2012 годы объем кредитов, выданных бизнесу, вырос на 19,9%.

Кроме того, во время Арбузова и Соркина украинцы, наконец, перестали переводить все имеющиеся запасы наличности в валюту. Несколько лет крайне спокойной и взвешенной политики, которую проводили Нацбанк и правительство, привели к росту доверия украинцев к гривне. В 2013 году граждане купили валюты на $2,9 млрд больше, чем продали, но всего годом ранее этот показатель был в 3,5 раза больше. Причем в апреле-июле прошлого года украинцы впервые за долгое время начали больше продавать долларов, чем покупать.

Однако рост политического напряжения и последовавшие за ним обрушение курса, а также устроенная Кубивым охота на ведьм привели к быстрому откату назад. Как признался сам Кубив, выступая с прощальной речью перед сотрудниками Нацбанка, с января по май украинские банки потеряли 86 млрд депозитов, или почти 20% всех размещенных в банках вкладов. Соответственно сократились и активы банков. На 1 мая они снизились на 3,8%, или на 51 млрд грн, до 1329 млрд грн. Казалось бы, небольшое снижение, но в долларовом эквиваленте оно куда существеннее: из-за девальвации украинские банки потеряли $43,3 млрд, или почти треть всех своих активов. Существенную роль тут сыграло и устроенное Кубивым банкротство множества банков и истощение Фонда гарантирования вкладов: видя, что никакой банк отныне не может считаться надежным и может быть с легкостью обанкрочен, исходя из одних Кубиву известных соображений, граждане кинулись выводить свои деньги.

Хуже того, украинцы опять кинулись скупать валюту. По данным НБУ, в январе-мае население скупило долларов и евро на $1,431 млрд больше, чем продало, что в 6 раз выше показателя также чистой покупки населением валюты за аналогичный период прошлого года (лишь $226,4 млн). Результаты проведения дедолларизационной политики пошли прахом: если еще в начале года на валютные вклады приходилось только 36% всех депозитов в украинских банках, а остальные 64% хранились в гривне, то из-за банковской паники и девальвации соотношение изменилось: сейчас в валюте номинированы уже 43% всех депозитов, а в гривне – только 56%.

Разумеется, от такой политики Валерии Гонтаревой тоже необходимо немедленно отказаться и вернуться к последовательной дедолларизации и детенизации финансовых потоков, что позволит вернуть к жизни украинские банки. И уж тем более стоит избегать таких исключительно вредных инициатив, как обложение налогом доходов с банковских депозитов, что Нацбанк предлагал сделать в марте этого года.

Основная задача сейчас – это сохранение украинской банковской системы как таковой, считает Василий Горбаль, входивший в Совет Нацбанка при Арбузове.

«Финансовый сектор страны резко ослаблен из-за увеличения числа проблемных банков, падения качества активов, оттока депозитов, девальвации национальной валюты. В украинской финансовой системе есть банки, которые необходимо удержать, не дать им свалиться, не допустить расширения масштабов кризиса», – полагает он.

Именно такие задачи успешно решил Сергей Арбузов, когда управлял Национальным банком. И именно на этот опыт стоило бы обратить внимание Валерии Гонтаревой.

Александр Охрименко, экономист, ForUm

Спасибо за Вашу активность, Ваш вопрос будет рассмотрен модераторами в ближайшее время